Читаем Нищие полностью

Кнорус резко развернулся и чуть ли не бегом пошел обратно к лифту. Он, держа в руке бутылку с вином, снова зашел в бар и посмотрел в сторону брюнетки. Она поняла его взгляд, подошла к нему. * Где? - спросил Кнорус. * А разве твой номер занят? * К сожалению, - ответил он.

Симпатичная путана вытащила из кармана пиджачка ключ с брелоком гостиницы, повертела его на пальце: * Только номер нужно оплатить... * Сколько? * Вместе со мной - двести. До вечера. * Нет проблем, - коротко сказал Кнорус, и они пошли к лифу.

Когда он вечером зашел в свой номер, Агаты не было. За столом, приканчивая заказанный утром завтрак, сидел его белорусский друг с какой-то девицей: * А мы тебя заждались.

Кнорус плюхнулся в кресло и, показав на бутылку "Зубровки", которую принесли гости, коротко сказал: * Наливай.

Больше он не строил иллюзий по поводу своего семейного счастья с Агатой. Он знал, что, наверняка она уже сидела в поезде, следующем в Москву. К Юрайту.

ГЛАВА 29. БУРДАКОВ

Бурдаков открыл глаза и увидел какой-то незнакомый чистый белый потолок. Таких белых потолков он уже давно не видел. Наверное, с тех пор, как ушла от него жена и он остался один, с головой окунувшись в работу. Домой он приезжал только, чтобы скоротать ночь и по возможности выспаться. Конечно, до ремонта не доходили руки, да он, собственно, никогда и не собирался заниматься приведением в надлежащий вид своего небольшого и одинокого жилища. В управлении из-за нехватки денег на ремонт стены и потолки давно облезли, покрылись подтеками и водяными пятнами и потолки были, скорее, серого, чем белого цвета. В квартирах, которые ему приходилось посещать по надобности службы, и в которых жили те, с кем он вел непримиримую борьбу, потолки тоже не сияли белизной и ухоженностью.

Ему на миг вновь показалось, что он находится в номере барселонской гостиницы, где он жил, когда приезжал в Испанию по своим обязанностям.

Но это был не номер гостиницы. Он с трудом повернул голову и увидел около себя какую-то стойку с подвешенными пузырьками, из которых через трубки стекала какая-то жидкость. Трубки подходили к его руке. Стены комнаты были облицованы кафелем. Конечно, это был не номер испанской гостиницы.

Он устало закрыл глаза, и в темноте вдруг на доли секунды вспыхнул огонь и раздался выстрел. Теперь он понял, что произошло и где он находится. Но потом вдруг ему стало легко. Он, не ощущая веса в своем теле, был подхвачен потоком пахнущего ландышами воздуха, и понесся по какой-то розовой воздушной трубе. Затем плавно спланировал и спустился в комнату с белым потолком и облицованными кафелем стенами. На кровати он увидел похожего на себя человека. Он догадался, что это и есть он сам. Только тот двойник, который лежал с многочисленными трубками и проводами на кровати, был такой же белый, как и стены в комнате.

В какие-то секунды он понял, что легкость в его теле проходит, и он не может больше держаться на воздухе. Он упал к тому Бурдакову, который лежал на кровати. Розовое освещение исчезло, и теперь он ощутил, как тяжела его голова. Он с трудом открыл глаза и увидел вокруг себя множество людей в белых халатах. Они резко переговаривались и суетелись около его тела. Кто-то поднес черную подушку и к его губам, вставили какой-то шланг. Сначала он испугался, подумав о том, что его живым укладывают в гроб, но потом ощутил, что из шланга к нему полился тот розовый воздух, которым он несколько минут наслаждался и который поддерживал его в невесомости. Голова закружилась, и он погрузился в какую-то темноту. Но дышать было гораздо легче.

Когда он в следующий раз открыл глаза и увидел тот же самый белый потолок, ему захотелось пить. Он повернул голову и увидел перед собой Маргариту с каким-то распухшим красным лицом. Он хотел поздороваться с ней, но не смог сказать ни слова. Лишь с благодарностью моргнул ей глазами, когда она мокрой губкой обтерла ему губы.

В следующее пришествие в этот мир он опять увидел её. Она держала его ладонь в своей руке. * Это ты? - спросил он, - или мне кажется. * Это я, ответила она и попросила: - Ничего не говори больше. Тебе нельзя пока разговаривать. * А потом будет можно? - спросил он. * Потом будет можно, кивнула она. * Тогда я скажу, чтобы ты больше от меня никогда не уходила. * Я больше никогда от тебя не уйду, - заверила она его. - Только давай помолчим.

Он в согласии закрыл глаза и уснул. Он хотел ещё раз пролететь по розовой трубе, ощутить себя невесомым. Только он хотел взять с собой в полет и её - его Маргариту. Но воздух больше не становился легким и прозрачным.

К Бурдакову возвращалась жизнь...

ЭПИЛОГ