Читаем Нил Сорский полностью

Феодор Студит родился в Константинополе в богатой и знатной семье. Родители святого, Фотин и Феоктиста, отличались христианским благочестием. На нижнем поле листа, где излагается рассказ о родителях святого, Нил Сорский сделал пометку с переводом греческих имен на русский язык: «Фотин — свет, Феоктисти — Божие здание, Феодор — Божий дар»[240]. По мысли преподобного, эти пояснения должны были помочь русским читателям лучше понять смысл житийного текста, повествующего о том, что имена родителей и их сына точно соответствовали их жизни: «Имя же отцу бе Фотин, матере же — Феоктисти: именам же подобно и житие стяжаста». Феодор получил хорошее образование, он изучал грамматику, риторику, философию. Однако его любимыми занятиями были чтение Божественных писаний и посещение протяженных церковных служб. Время возрастания Феодора совпало с началом иконоборческой смуты при императорах Константине V и Льве IV. Иконоборцы, называя иконы идолами, запрещали их почитать, уничтожали священные изображения. После смерти Льва IV на престол взошла его супруга — императрица Ирина, принесшая мир в церковную жизнь. Ирина повелела созвать Собор, который вошел в историю как 7-й Вселенский, восстановивший почитание святых икон. Собор состоялся в Никее в сентябре — октябре 787 года. На нем присутствовало 350 человек, в том числе дядя Феодора Студита — преподобный Платон, игумен монастыря Саккудион в Вифинии.

Немногим ранее, около 780 года, родители и почти все родственники Феодора (братья Иосиф и Евфимий, а также сестра) приняли монашество. Перед тем как покинуть мир и Константинополь, они отпустили на свободу рабов и слуг, раздали имущество нуждающимся. Феодор с двумя братьями поселился в монастыре своего дяди. Преподобный Платон постриг его в монахи и стал духовником новоначального инока. «Воспитанный в мягкости и в покое», Феодор выполнял в монастыре самую тяжелую работу, которую обычно делали рабы: рубил дрова, носил воду и камни для монастырских нужд, копал землю под огороды.

Соблюдая пост, начинающий монах придерживался средней меры. Он не отказывался от пищи на продолжительное время, как иные аскеты, но и не отягощал себя яствами: «…толико плоти нужная подаваше, елико ей на оживление токмо доволно» (здесь и далее цитируется Житие Феодора Студита из сборника Нила Сорского)[241]. Впоследствии Феодор советовал ученикам не раздражать своих собратий чрезмерными аскетическими подвигами, употреблять в пищу хлеб, масло и даже «вина мало в благопотребное время», а также «прочие брашна в меру». Некоторым особо ревностным монахам, предпочитавшим ходить в любое время года босыми, он говорил, что нет вреда для души носить обувь, особенно зимой.

Видя духовный рост племянника, игумен Платон поставил его благочинным обители. Феодор начал борьбу с монашескими «стяжаниями». Прежде всего, он запретил рабский труд в обители. «Не истинные иноки», как называет их Житие, не соблюдали данный ими при постриге обет нестяжания. Они имели рабов для личных услуг, предметы роскоши. В монастырском хозяйстве также использовался рабский труд, благодаря которому торговля излишками продуктов и ремесленными изделиями приносила монахам значительный доход. Все это не согласовывалось с правилами древнего монашества, служило соблазном для мирян. Исследователи считают, что реформа, проведенная Феодором в монастыре, повлияла на жизнь и других обителей. Этот рассказ Жития наверняка привлек внимание Нила Сорского, который сам покинул Кириллов монастырь из-за стремления иноков к приобретению богатств и «стяжаний». Если в эпоху Феодора Студита (IX век) святые игумены считали, что современное им монашество отступило от предписаний древних отцов, то что говорить о времени Нила Сорского! Оно представлялось ему как величайший упадок.

Деятельность Феодора вызвала недовольство части братии, однако порядок был восстановлен. Затем дядя и племянник отправились в Константинополь, где патриарх Тарасий рукоположил Феодора в иерея. В 794 году, во время тяжелой болезни Платона, монахи выбрали Феодора игуменом обители.