Тесла начал выходить из депрессии только к весне 1907 года. Постепенно возобновил и прогулки по городу. Однажды во время такого моциона к нему подошел молодой человек и робко спросил: не он ли, случайно, тот самый великий Тесла? Такое обращение, конечно же, польстило ученому, и он кивнул. Молодого человека звали Джон О'Нил, он интересовался наукой и психологией, хотел стать журналистом и писать на эти темы. Он рассказал Тесле, что восхищается его работами, а сейчас пытается устроиться в публичную библиотеку Нью-Йорка рассыльным. Тесла посодействовал ему, и некоторое время О'Нил помогал изобретателю исследовать историю интересующих его патентов. Потом они расстались, а через несколько лет встретились снова. Кем стал О'Нил для Теслы — об этом речь еще впереди, но однажды Тесла скажет ему: «Вы понимаете меня как никто другой в этом мире».

Другие, опытные журналисты, которые уже давно общались с ним, в это время заметили в характере Теслы новую черту. Он стал все больше, охотнее и красноречивее рассказывать о своих планах на будущее, то и дело утверждая, что совершил то или иное открытие, которое вот-вот перевернет весь мир. Иногда казалось, что он страдает манией величия. Томас Эдисон даже как-то заметил по этому поводу: «Тесла — это человек, который все время собирается что-то сделать». В последние годы жизни эта странная черта в поведении «повелителя молний» усилилась еще больше, что во многом стало причиной самых невероятных слухов о его работах.

После крушения проекта в Уорденклифе Теслу увлекло еще одно занятие — написание различных статей в газеты и журналы. То есть он и раньше делал это, но теперь его статьи носили более «легкий» и привлекательный для массового читателя характер. Вероятно, это служило ему чем-то вроде отдушины: он мог в свободной форме фантазировать о том, что ожидает человечество в будущем. Ну и попутно рассказать о своих замыслах. Чуть позже (осенью 1909 года) друг Теслы Роберт Джонсон стал главным редактором журнала «Сенчури». Разумеется, его страницы были всегда открыты для Теслы.

В своих статьях Тесла обсуждал новые марсианские открытия и исследования Северного полюса, писал письма в газеты «Нью-Йорк сан» и «Нью-Йорк тайме», посвященные таким темам, как управляемая беспроводная торпеда, передача голоса беспроводным способом, «наркотическое воздействие определенных периодических токов», пропускаемых через тело человека в медицинских целях, и многим другим проблемам.

1 июля 1907 года появилась статья Теслы «Возможность использования энергии воды в морских сражениях будущего». В ней он рассуждал о довольно мрачных вещах: возможности борьбы с флотами противника с помощью приливных волн. Для этого, по расчетам Теслы, нужно доставить к месту назначения 20—30 тонн «дешевой» взрывчатки и взорвать ее с помощью дистанционного управления. Многие до сих пор уверены: именно тесловские эксперименты привели к катаклизму мирового масштаба, о причинах которого спорят и по сей день.

«Тунгусский феномен». При чем тут Тесла?

«Вдруг на севере небо раздвоилось, и в нем широко и высоко над лесом появился огонь, который охватил всю северную часть неба. В этот момент мне стало так горячо, словно на мне загорелась рубашка. Я хотел разорвать и сбросить с себя рубашку, но небо захлопнулось и раздался сильный удар. Меня сбросило с крыльца сажени на три. После удара пошел такой стук, словно с неба падали камни или стреляли из пушек, земля дрожала, и когда я лежал на земле, то прижимал голову, опасаясь, чтобы камни не проломили головы. В тот момент, когда раскрылось небо, с севера пронёсся горячий ветер, как из пушки, который оставил на земле следы в виде дорожек. Потом оказалось, что многие стекла в окнах выбиты, а у амбара переломило железную закладку для замка двери». Так вспоминал о случившемся житель фактории Ванавара Семен Семенов. Он оказался примерно в 70 километрах от эпицентра события.

А вот что увидел Трофим Масморо, который в тот день пас оленей: «Утром были тучи с дождем и темно, как ночью. Был гром, летели искры. Был очень сильный ветер, валило деревья и убило 2-х оленей… Гром был с более сильными тремя последними ударами. Особенно сильным был последний (“бух — бух — бух!”). Тряслась земля. Тучи и дождь были до последнего удара, затем снова стало ясно… Говорили “упал огонь в тундру”».

«Около Петрова дня, утром, сели пить чай. Вдруг звук пошел, чашки забрякали, и на столе все затряслось. Выбежали на крыльцо. Снизу вверх, высоко, вдоль реки летит как будто самовар. Большой, желто-медный, яркий. Летел быстрее самолета. Пошел вал по реке. Раздались выстрелы, как из большого ружья, 3—5 раз. Не успели выбежать на угор, а он в лес своротил в сторону Кежмы. Дыма не было». Это уже воспоминания Феклы Сизых, жительницы села Усть-Оскоба.