Читаем Никакой магии полностью

Высокий седой человек в алом домино и с забавной восьмиугольной шапочкой на макушке удивленно взглянул на меня и сделал странный жест рукой – останавливая двух монахов с одинаково-цепкими взглядами отборных сторожевых псов, дернувшихся было наперерез мне.

– Слушаю тебя… – почти незаметная пауза подсказала, что святой отец не сразу решил, как именно следует обратиться к «лесной ведьме», – дочь моя.

А эту забавную шапочку, вспомнила я, носят арк-кардиналы и главы Орденов – значит, я обращаюсь к Самому Главному боевому монаху. Ой. Ужас-ужас-ужас…

– Ваше Высокопреосвященство, я работаю вместе с одним из ваших монахов, братом Винсентом, в конторе полковника Карда, из Ночной Гвардии. Ваше Высокопреосвященство… – сейчас он прикажет сделать из меня костер прямо здесь, не сходя с места, – мне нужно попасть наверх, на купол собора!

Глава Ордена святого Престона нахмурился, чуть наклонил голову. Почти сразу же к нему подскочил дальний родственник брата Винсента – щуплый, в очочках, с серой картонной папкой, неудобно зажатой под мышкой, – и принялся что-то торопливо шептать на ухо. Я напрягла слух, но сумела разобрать лишь отдельные слова: «та самая», «упоминал в докладе».

Седой выслушал его, все так же хмурясь – и жестом подозвал меня ближе.

– Хотелось бы узнать суть вашего дела, – произнес он и, прежде чем я успела пискнуть в ответ, добавил: – Но я чувствую, вам сейчас дорого каждое мгновение. Брат Альберт, – повернулся он к «псу» слева, – сопроводи нашу гостью наверх и стань ей щитом, как был для меня.

«Пес» кивнул и встал рядом со мной.

Не знаю, кто и что в этот миг послало мне в голову очередную безумную идею, но я вдруг поняла, что еще будет правильно сделать – и, склонив голову, опустилась на колено. Словно бросила камень в озеро: вокруг дружно ахнуло-охнуло, побежали, расходясь, шепотки.

– Да пребудет с тобой Творец, дочь моя, – чуть наклонившись, престонианец коснулся ладонью моих волос. – Ступай и сделай, что должно.

Главное, подумала я, чтобы поблизости не оказалось гнома с их ящиком для моментальных картинок. Потому что такая картинка перевернет мир не хуже кейворита.

* * *

Брат Винсент не зря расхваливал прицел винтовки. Творение мистера Марча позволяло мне разглядеть выбоины и потеки голубиного помета на зубцах старого замка, словно тот находился не дальше вытянутой руки, а не в трех сотнях ярдов. Это была хорошая новость. Плохая же заключалась в том, что платой за увеличение закономерно стал резко сузившийся угол зрения. А ведь я вскарабкалась на купол вовсе не для охоты на деликатесных воробьев. С таким противником, как арквен Керуан, у меня будет лишь один выстрел – и то, если очень повезет. Если я не ошибусь… уже не ошиблась. Что, если он будет стрелять не с башни? У старого замка хватает бойниц…

Гнилые корни!

Доносившийся снизу рокот людской массы поменял тональность – словно налетевший шквал заставил волны прибоя чаще и злее биться о подножие утеса.

– Показался эскорт Ее Величества, – шепотом подтвердил мою догадку монах.

Я несколько раз глубоко вздохнула, успокаиваясь, оперлась на крыло химеры и прицелилась в кольцо люка посреди башни – стараясь не думать о том, что в эти же мгновения Страж Леса может ровно так же брать на мушку королеву… или меня. Прочь-прочь-прочь из головы, в ней сейчас есть место лишь для двух вещей: позеленевшее от сырости медное кольцо и тонкие черты прицельного креста. Вдох-выдох, вдох-выдох… кольцо дрогнуло и поползло вверх, я затаила дыханье, палец лег на спуск, по волоску выбирая свободный ход – пока не замер, ощутив возросшее сопротивление. У Керуана волосы цвета лавандового меда…

…а у того, кто поднимался по лестнице, из-под новомодной круглой шляпы с короткими полями выбивались – каштановые! И взгляд…

По спине скользнул холодок. Я быстро убрала палец со спуска, приподняла голову – нет, все верно, прицел не играл со мной злых шуток, искажая цвета. Из лаза на башенную площадку вылез не эльф, а человек. Зауженный сюртук в полоску, светлые брюки, желтое пятнышко бутоньерки на лацкане – издалека он выглядел как обычный клавдиумец из «серебряной» молодежи. Мелкий чиновник, приказчик или просто сын богатых лавочников, вместо стояния за фамильным прилавком предпочитающий шляться по улицам в компании таких же повес. Но у балованных сынков не бывает промороженных до дна глазницы взглядов. И они не имеют привычки таскать длинные ружья с цилиндрическим набалдашником.

Следом за первым стрелком из черноты появился еще один, одетый попроще, «под рабочего», а за ним – сразу двое, тащивших что-то тяжелое, неудобное. Последним на площадку вылез, прикрываясь лапищей от солнца, тролль в белой форме Пограничного Легиона.

Люди… тролль… а где же эльф?!