Читаем Нибелунги полностью

Галлий давно научился болтать на разные темы, но в то же время слушать разговоры окружающих его людей. Он отчётливо уяснил, что саксы готовы выйти в поход с ярлом в ближайшее время, как только поступит соответствующий приказ. Они не сомневались, что союз с данами придётся им кстати.

Спутник «франка» напился до беспамятства и заснул, прямо сидя за столом. Галлий был рад, что отвязался от него. Он уже утомился делиться впечатлениями о том, как жрица любви облизывала его чресла, а он затем «отблагодарил» её за сии нежные услуги в упругий зад.

Галлий вышел из харчевни. Несмотря на поздний час на улице царило оживление: горели факелы, саксы (мужчины и женщины) стояли группами и с жаром обсуждали предстоящий поход. Они уже делили Южную Фризию и Бургундию. Северную Фризию уличная толпа намеревалась, так и быть, отдать данам.

От всего услышанного нынешним днём у Галлия щемило сердце. Во Фризии у него остались престарелая мать и сестра, овдовевшая два года назад, и три племянника. Кстати сестра была замужем за бывшим легионером. Тот частенько подрабатывал в амфитеатре, участвуя в гладиаторских боях. Правда, бои велись, в отличие от Рима, до первой крови. Фризы проявляли завидное милосердие. Однако свояк Галлия умудрился получить смертельную рану и, промучившись пару дней, умер. С тех пор Галлий старался поддерживать семью. К тому же он не мог пользоваться благосклонностью Пруденс бесплатно, у неё тоже были дети. Правда, старшему сыну скоро исполнится четырнадцать лет, и он намеревался стать воином. Галлий не сомневался: в ближайшее время ему представится такая возможность.

Галлий приблизился к дому Пруденс. Навстречу ему неспешно, слегка покачиваясь, шёл Кедрик, старший сын вдовы.

– Галлий! Галлий! – закричал он возбуждённо. – Ты был на площади?

– Конечно! – подтвердил «торговец», заметив, что его пасынок слегка пьян. – Ты пил пиво?

– Ну да! – с готовностью подтвердил тот. – Я уже мужчина! Мне почти четырнадцать лет! Я имею право пить пиво, трахать девок и сражаться с врагами!

Галлий, не сдержав улыбки, заметил:

– Первое и второе гораздо приятнее, чем война. Уж можешь мне поверить!

– Ха! – возмутился разгоряченный юнец. – Ты рассуждаешь, как торговец! Не будь ты мне почти отцом… Я бы… – он попытался замахнуться на Галлия, но потерял равновесие и чуть не упал. Тот же подхватил своего пасынка, не давая изваляться в грязи.

– Идём в дом… Что делает Пруденс?

– Плачет… – признался Кедрик. – Вот глупая женщина…

Галлий, цепко поддерживая Кедрика, вошёл в дом. Пруденс хлопотала около очага. Её младшая дочь Гертруда занималась шитьём.

– Наконец-то… – буркнула хозяйка, взглянув на мужчин. – Галлий, где ты его нашёл? – она гневно смерила Кедрика недовольным взором.

– Да здесь, рядом с домом… – признался тот.

– Ложись спать! – обратилась она к сыну и перехватила его у Галлия, дабы тот не упал.

– Не трогай меня… – возмутился юнец. – Я уже взрослый…

– Да-да, я это слышал: можешь пить пиво, трахать девок и махать мечом! – подтвердил Галлий. – Тебе надо поспать!

– И ты туда же… – обиженно произнёс Кедрик и повиновался матери. Та отвела его за занавеску и уложила на расстеленных волчьих шкурах.

Вскоре за занавеской послышалось размеренное сопение будущего воина.

– Есть хочешь? – поинтересовалась Пруденс у Галлия.

– Угу, живот подводит от голода…

Женщина взяла деревянную ложку с длинной резной ручкой, наложила просяной каши в глиняную чашу и поставила её на стол.

– Ещё горячая, ешь аккуратнее… Не обожгись…

Галлий с аппетитом накинулся на кашу. Пруденс выждала, когда её мужчина насытится, и спросила:

– Так ты присутствовал на тинге?

– Да… Ярл объявил поход на фризов и бургундов…

– Хм… – удивилась Пруденс. – И как же он намерен воевать? Фризы живут на западе, а бургунды на юге? Он что, намерен разделить силы?

– Вероятно… – односложно ответил Галлий, доедая кашу. – Вроде как с данами хочет заключить союз…

– А-а-а… – протянула Пруденс, понимая, что войны не миновать и Кедрик непременно пожелает утвердиться как воин и мужчина. – И что ты намерен делать?

Галлий пожал плечами: на самом деле он ещё не решил…

– Не знаю… Но захват богатых бургундских или фризских земель вдоль Рейна кажется мне весьма привлекательным.

– Значит, ты тоже собрался в поход? – напрямую спросила Пруденс, усаживаясь за стол напротив Галлия.

Тот оторвался от тарелки. Взгляды мужчины и женщины пересеклись…

– Я знаю, о чём ты думаешь… – сказал Галлий. – Кедрик ещё юнец, но ты не удержишь его дома подле себя. Война – это возможность проявить себя и разбогатеть.

– И погибнуть… – добавила Пруденс.

– Увы… Война – не увеселительная прогулка…

– Я боюсь за вас обоих… – призналась женщина.

Галлий невольно улыбнулся. Он смерил взором свою возлюбленную: несмотря на зрелый возраст и нелёгкую жизнь, она была ещё хороша собой – дородная, белокожая, с пышными рыжими волосами и голубыми глазами.

Галлий поднялся из-за стола и вплотную приблизился к ней. Пруденс, сидя на табурете, прильнула к мужчине. Тот невольно ощутил желание…

– Идём… Я хочу тебя… – прошептал Галлий.