Читаем Незнакомцы полностью

— А Жоржа с мужем и с Марси сели в нашу машину, — снова заговорила Сэнди. — И еще двое каких-то туристов. Брендан, Джек и остальные помчались туда на своих автомобилях. На шоссе было столпотворение, все сгрудились на обочине и смотрели на корабль, казавшийся уже не кровавым, а янтарным на фоне догорающей сухой полыни. Все притихли, не решаясь тронуться с места, словно перед нами разверзлась пропасть. Но ощущение было такое, что если прыгнуть с этого обрыва, то полетишь не вниз, а вверх. Я не могу точно выразить сейчас словами это странное чувство, но вы, надеюсь, меня понимаете.

Жоржа поняла, что имела в виду Сэнди. Она и теперь была переполнена возникшим в тот момент ощущением, что человечество жило как бы в темном ящике, и вот наконец его крышка сорвана, и открылся путь в лучезарное будущее, и окружающий мрак уже не страшен.

— И когда я смотрела на этот прекрасный, светящийся неземным светом корабль, — продолжала упоенно вспоминать Сэнди, — не зная, верить ли мне своим глазам или нет, то все, что случилось со мной в детстве и в юности, вдруг словно бы померкло и исчезло, перестало меня угнетать. Словно бы, — Сэнди прищелкнула пальцами в темноте, подбирая слова, — ну, в общем, словно бы мой папаша и не истязал меня, словно я никогда и не терпела боль, позор и унижение... — Ее голос сел от волнения. — Я хочу сказать, что, хотя я и не видела его уже много лет, я все эти годы боялась, что он вдруг объявится и снова куда-то увезет меня. Жизнь моя была наполнена этим жутким предчувствием, и я опасалась, что оно сбудется. Но в ту ночь на обочине шоссе я ощутила, что отец мне больше уже не страшен, потому что он ничтожество, крохотная песчинка на бескрайнем берегу океана новых возможностей, открывшихся перед человечеством.

«Да! — с восторгом подумала Жоржа. — Все обстоит именно так. Этот корабль из иного мира знаменовал освобождение от всех мрачных предчувствий и страхов. И пусть у тех, кто прилетел в нем, и не нашлось бы ответов на все вопросы, волнующие сегодня людей, уже само существование этого посланца иной цивилизации является ключом ко многим тайнам».

— И, глядя на этот чудесный корабль, — рассказывала, глотая слезы радости, Сэнди, — я внезапно почувствовала себя личностью. Всю свою жизнь я прожила, чувствуя себя ничтожеством, жалкой дрянью, не стоящей ни гроша, лишенной чувства собственного достоинства, и вдруг осознала, что мы все в равной степени малы на этой земле и что никто из нас существенно не отличается от других таких же песчинок, но и это еще не все... — Она отчаянно всхлипнула. — О, как же мне найти слова, чтобы выразить свои чувства!

— У тебя все прекрасно получается, — спокойно произнесла Фэй. — Поверь мне, девочка, ты все верно говоришь.

— Так вот, — слегка успокоилась Сэнди, — я хочу сказать, что, хотя все мы и песчинки, мы все же частицы человечества, которое однажды непременно пробьется сквозь мрак неизвестности туда, откуда пришли к нам эти космические посланцы, и это наполняет наше существование смыслом. Вы меня понимаете? Мы должны любить друг друга и продолжать жить, чтобы однажды, вместе со всеми, кто живет теперь и жил до нас, подняться над всяческим мраком и там соединиться с теми, кто придет после нас. Ради этого можно вытерпеть любые испытания. И все это я поняла за те считанные мгновения, пока смотрела на светящийся янтарным светом корабль, и потом вдруг начала смеяться и плакать одновременно...

— Я вспомнил! — воскликнул Нед. — Боже мой, теперь я все вспомнил! Да-да, я вижу все как наяву. Мы все стояли вдоль обочины шоссе, и ты прижалась ко мне и впервые сказала мне, что любишь меня, хотя я это и знал. Ты тормошила меня и кричала, что любишь меня, и это было так странно слышать в тот момент, рядом с космическим кораблем из другого мира! Но самое интересное, что, когда ты стала говорить мне, что любишь меня, я позабыл об этом корабле, я позабыл обо всем на свете, потому что для меня самым главным были твои слова, слова, которых я так долго ждал. — Голос Неда задрожал от переполняющих его чувств, и Жоржа догадалась, что он обнимает в темноте Сэнди. — А эти проклятые мерзавцы отняли у меня этот счастливейший момент моей жизни, они напичкали меня своей дрянью и отшибли у меня память. Но теперь я снова все вспомнил, Сэнди, и им уже не удастся заставить меня это забыть. Им это больше не удастся!

— А я так ничего и не вспомнила, — пожаловалась Фэй. — Но я тоже хочу вспомнить. Я тоже хочу в этом участвовать.

Все приумолкли, и стало слышно, как сердито урчит мотор, вспарывая тягостную тишину вьюжной ночи.