— Мама, наверное, у тебя есть какие-то причины так поступать… но, если я перестану быть Танигути, мне кажется, он перестанет быть моим папой. Я буду ребенком лишь своего первого отца… а мой второй отец будет только твоим вторым мужем… и Хана будет его ребенком, и у нас с ней будут разные отцы.

Риэ видела лишь слезы, которые падали ему на колени, — он так и не поднимал лица. Все, что она могла разглядеть, — это покрасневшие щеки.

Он впервые так плакал у нее на глазах после похорон.

С первого этажа донесся голос бабушки:

— Ой, Хана здесь одна сидит? А где мама? На втором этаже? Риэ, Хана тут одна завтракает.

— Я уже иду.

Юто, сдерживая рыдания, тер покрасневшие глаза.

— Юто, ты можешь оставить себе папину фамилию. Хорошо? Мне из-за юридических проволочек пришлось вернуть себе старую. Я потом все объясню. Там все так запутано. Извини, что раньше не поговорила с тобой. Прости меня.

Риэ подумала, что должна объяснить ему, что происходит. Сначала она хотела дождаться прояснения ситуации, но ведь неизвестно, когда это наступит.

Но как он отреагирует, когда узнает, что его любимый отец их обманывал?

Юто догадывался, что мама что-то скрывает. Когда она сказала про «запутанную ситуацию», он решил, что его предчувствие про третий брак должно быть правдой. Позже Юто рассказал об этом Риэ, и она была поражена тем, что он сделал такой вывод. Юто объяснил, что пришел к этому выводу после того, как Кидо приехал к ним в магазин и они с мамой куда-то ушли, а потом еще тихо переговаривались по телефону.

Черты лица Юто, красного и припухшего от слез, слегка изменились в глазах Риэ. Юто молча кивнул, поднялся с кровати и пошел раздвигать шторы. Затем, взглянув на улицу, он еще раз грубо смахнул слезы. В такие моменты, когда Риэ видела, как растут ее дети, она всегда напоминала себе, что нужно быть сильной и двигаться вперед.

Глава 7

— Вы купили это кольцо для себя?

— Да.

— Не для ребенка?

— Для себя.

— Но вы дали кольцо ребенку в руки?

— Я просто дала ей подержать. И она так обрадовалась, что перестала плакать. Всего один раз.

— Другими словами, вы знали, что ваша дочь держит кольцо в руке, и вы позволили ей. Все верно?

— Я уже сказала, всего один раз. И я тогда смотрела за ней. Да.

— Вы не использовали кольцо в качестве пустышки, чтобы ваша дочь перестала плакать?

— Я бы ни за что этого не сделала! Нет. Но производитель должен был предупредить, что нужно быть осторожным, ведь маленькие дети могут положить его в рот. Я понимаю, что кольцо для взрослых, но если его покупает молодая женщина, то, как правило, у нее есть дети. Для студента университета продавать подобный товар без предупреждения о последствиях просто безответственно!

— Я представляю вещественное доказательство номер пять — фотографию, сделанную в квартире истца. Это магниты в вашей гостиной, все верно?

— Да.

— Это не игрушки вашей дочери?

— Что? Нет…

— И магниты находятся в недоступном для вашего ребенка месте?

— Да…

— Есть ли в вашем доме другие кольца, кроме того, о котором идет речь?

— Да…

— И серьги тоже?

— Да…

— И вы всегда держите эти кольца и серьги в недоступном для вашего ребенка месте?

— …

— Прошу вас ответить.

— Да.

— Чтобы ваша дочь не проглотила их по ошибке. Все верно?

— Да.

— Однако это кольцо оказалось в доступном для ребенка месте?

— …

— И вы не просто положили его туда, вы дали его ей, чтобы она держала его. Все верно?

— Я же говорила уже… Да…

— У меня все.

Завершив утром устные слушания по гражданскому иску в окружном суде Йокогамы, Кидо обедал в Китайском квартале с Накакитой, одним из партнеров по фирме.

Он неосторожно схватил кусочек горячей кисло-сладкой свинины в черном уксусе и обжег кончик языка.

— Просто поразительно, как адвокат уговорил ее подать в суд. Настоящий злодей. Интересно, давно он работает? Я его впервые видел.

— Столько журналистов собралось. И в Сети пишут о «родительском недосмотре», но женщину жалко. Она категорически отказывается идти на соглашение, но ведь обязательно проиграет свое дело. Что будет дальше делать мать-одиночка с ребенком-инвалидом, получившим мозговую травму? Так жалко ее.

Одна из аспиранток университета в Фудзисаве продавала в интернете безделушки, напечатанные на 3D-принтере. Дочь покупательницы, взяв в рот кольцо, стала задыхаться; жизнь девочки удалось спасти, но она получила тяжелую травму мозга. После этого мать ребенка предъявила иск на двести миллионов иен аспирантке, изготовившей бижутерию.

Кидо был впечатлен яркими и современными кольцами и чокерами, которые ответчица изготавливала на 3D-принтере университетской лаборатории. В последнее время она печатала и различную рекламную продукцию для мероприятий. За год продажи составили четыреста семьдесят тысяч иен. Учитывая время и усилия, вложенные в работы, прибыль была скромной, но девушка стремилась в будущем стать дизайнером. Между тем она не оформила страхование гражданской ответственности за качество продукции и даже не знала, что обязана подавать налоговую декларацию о доходах, превышающих двести тысяч иен.