Читаем Незнакомец полностью

Если ее покойный муж не был Дайскэ Танигути, то нет никаких оснований оставлять его фамилию. Риэ согласилась с этим. С одной стороны, она была привязана к фамилии Танигути, ведь знала своего мужа под ней, но в то же время после встречи с Кёити чувствовала себя некомфортно, оттого что жила с фамилией совершенно чужого для нее человека.

Риэ тревожил вопрос о страховании жизни, которое оплачивал Икс под именем Дайскэ Танигути, но Кидо объяснил, что ничего возвращать не нужно.

— Хотя в документах значится имя Дайскэ Танигути, именно Икс подписал документы и делал взносы. Поэтому вы оставляете выплаченную страховку себе. Нет необходимости менять имя страхователя. Вам не нужно об этом беспокоиться, если будут проблемы, я все устрою.

В семейном реестре «Дайскэ Танигути» и Риэ местом жительства был указан дом семьи Риэ в городе S, Кидо подал прошение о поправках в реестре в суд по семейным делам Миядзаки.

Кидо запросил отменить исключение Дайскэ Танигути из реестра в связи со смертью. Благодаря этому Дайскэ Танигути, на имя которого в полиции оформлено заявление о пропаже человека, в семейном реестре останется в статусе живого человека.

Кроме того, имя Риэ должно было быть удалено из реестра Дайскэ Танигути, а она восстановлена в своем семейном реестре под девичьей фамилией Такэмото. Иначе говоря, брак Риэ с Дайскэ Танигути становился недействительным из-за ошибки. В результате из семейного реестра Риэ должны быть стерты данные о втором браке, а дочь Икса — Хана — становилась рожденной вне брака.

В обычной ситуации Кидо справлялся с этой процедурой и без клиента, но, учитывая сложность дела, суд попросил Риэ явиться лично. Кроме того, возникла необходимость ДНК-теста, чтобы доказать, что Икс не являлся Дайскэ Танигути. Кидо забрал с собой личные вещи покойного: электробритву, зубную щетку, одежду с прилипшими волосками и кусачки для ногтей — и вернулся в Йокогаму.

Риэ с Кидо провели почти полдня вместе, успев переговорить на самые разные темы.

Риэ помнила, что тогда у Кидо не было детей, но теперь выяснилось, что у него есть сын примерно возраста Ханы, поэтому они долго обсуждали проблемы воспитания. Когда она спросила, что он делал во время землетрясения, Кидо рассказал ей об улицах, запруженных машинами, о толпах людей, стремящихся домой, после того как транспортная система была парализована, о треснувших зданиях, об отключениях и перебоях с водой, о затишье в Китайском квартале Йокогамы, поскольку иностранные рабочие вернулись домой и клиентов стало меньше.

Риэ подумала, что если бы Рё не умер, а она не развелась с первым мужем, то все это пришлось бы пройти и ей. И она бы никогда не познакомилась с человеком, погибшим в аварии на лесозаготовках в этом городе.

Кидо умел слушать, и это, разумеется, помогло ей выговориться. Собирая вещи Икса, она рассказала Кидо об их первой встрече и о том, каким он был человеком, ведь о таком по телефону не поговоришь.

Кидо на всякий случай делал фотографии вещей и внимательно изучил блокноты с рисунками Икса, перелистывая один за другим. Наблюдая за профилем Кидо, Риэ подумала, что уже давно не видела человека, так спокойно погруженного в размышления.

— По этим работам можно представить его характер. Словно мальчик стал взрослым, но так и не изменился.

— Он очень старался, когда рисовал. Хотя это не настолько хорошие рисунки, чтобы кому-то их показывать, но они отражают, как зеркало, его душу… Он был такой, как на этих рисунках. Простой, серьезный, внимательный. Мне казалось, что такой человек ни за что не может соврать, кого-то обмануть…

Кидо поддакивал, показывая, что прекрасно понимает, периодически подбадривая ее. Он согласился взяться за расследование личности Икса, но назвал невероятно низкий гонорар.

— Адвокат Кидо, вы очень хороший человек, — поспешно сказала Риэ, а затем пожалела.

Хотя она так искренне думала и хотела ему сообщить об этом, но, вероятно, нужно было найти более подходящее выражение.

Слегка откинувшись назад, Кидо с улыбкой ответил:

— Это просто моя работа.

Риэ стало неловко, ведь это вовсе не Кидо, а она сама стала чувствительной от одиночества средних лет.

Хотя Кидо пробыл в Миядзаки считаные часы, Риэ действительно почувствовала себя одинокой после его отъезда. Она не хотела, чтобы он остался подольше, просто чувствовала себя одинокой.

Она несколько раз прокручивала в голове слова полицейского, который спросил: «А умер-то кто?» В голове она поменяла этот вопрос на «Кто умер?». Хотя суть не менялась, ей показалось, что это меняет смысл.

Ты можешь обменяться с кем-то жизнью. Риэ и в ужасном сне не могла себе такого представить, но ее муж и правда это сделал. Он действительно жил жизнью другого человека. А как быть со смертью? Смерть — это единственное, чем ты ни с кем не можешь обменяться.

Не стоит и говорить, что она это узнала на собственном опыте, потеряв сына.