Читаем Невидимые города полностью

Есть у Великого Хана атлас всех городов империи и ближних государств, изображенных дом за домом, улица за улицей, с городскими стенами, реками, мостами, гаванями, дамбами. Он уже знает: из отчетов Марко Поло не получишь сведений о всех этих местах, о которых, впрочем, он и так довольно много знает: например, что Камбалук, китайскую столицу, составляют три квадратных города, один в другом, в каждом из которых четверо ворот, открытых в соответствующее каждым время года, и четыре храма; что остров Яву терроризирует носорог со смертоносным рогом; что у Малабарского берега добывают жемчуг из морских глубин.

Хан спрашивает у Марко:

— А когда вернешься ты на Запад, то будешь там рассказывать все то же, что и мне?

— Говорю я то, что говорю,— ответил Поло,— а тот, кто слушает меня, улавливает только те слова, которых ждет. Одно дело — описание мира, которому внимаешь благосклонно, другое — то, которое облетит в день моего приезда лачуги грузчиков и гондольеров, выросшие на том месте, где стоял мой дом, третье — то, что я продиктовал бы, скажем, через много лет, если бы, плененный генуэзскими пиратами, попал в колодках в один застенок с переписчиком приключенческих романов. Ведь рассказом управляет ухо, а не голос.

— Иногда мне кажется, что голос твой доходит до меня издалека, а сам я — пленник некоего красочного настоящего, где невозможно жить, где все виды человеческих сообществ завершили свои циклы и представить новые их формы невозможно. А твой голос называет мне незримые основания жизни этих городов, в силу которых они после своей гибели, быть может, возродятся.

Есть у Великого Хана атлас, где отображены земной шар в целом и каждый материк, пределы самых дальних государств и очертания побережий, самые знаменитые столицы, курсы кораблей и богатейшие порты. Он перелистывает карты на глазах у Марко, проверяя его знания. В городе, венчающем три побережья — длинного пролива, узкого залива и внутреннего моря,— Поло узнает Константинополь; вспоминает, что Иерусалим лежит на двух холмах неравной высоты, глядящих друг на друга; уверенно определяет Самарканд с его садами.