Читаем Невеста против (СИ) полностью

— А знаете, в вас действительно есть боевая хватка: признаться, я еще не сталкивался со столь способными дамами вашего возраста, графиня! — с долей самодовольства заявил мне мой новый знакомый.

— Я польщена вашими словами, Илларион Павлович! — сдержанно улыбнулась я в ответ.

Человеку этому, кажется, были чужды всякие лишние эмоции, и все его мысли и действия неизменно были связаны с законами и ценными бумагами. Он мастерски просчитывал всевозможные ситуации и пути их разрешения и еще, определенно, знал цену своему таланту, о чем мы с ним и договорились в первую очередь, заключив соглашение о сотрудничестве. Согласно оному я выплачу ему кругленькую сумму и увеличу ее вдвое, если по окончании дела он исполнит все свои обязанности надлежащим образом!

Что ж, я не была скупой, когда дело касалось моей сестры: ее жизнь была ценнее всего на свете, да и состояние графа позволяло мне не бояться скорейшего разорения.

— Завтра утром отец прибудет к нам: его уже поставили в известность о необходимости этой встречи. Думаю, вам все же лучше занять одну из гостевых комнат, чтобы не тратить время и силы впустую! — я погладила ладонями прохладную поверхность письменного стола. Все во мне горело и трепетало от волнения — усталость тоже присутствовала, но я не обращала на нее внимания. Нужно было отдохнуть, выспаться, а я была практически уверена в том, что не усну этой ночью — буду просчитывать каждое слово и каждый шаг, но точно не смогу расслабиться. Может, стоит выпить тех капель, которые мне порекомендовали от бессонницы?

— Тут я с вами соглашусь! — кивнул мужчина, пристально наблюдая за моими действиями и явно что-то там для себя подмечая.

Эта его привычка меня несколько раздражала, но, с другой стороны, я понимала ее практическую ценность: ведь человек, умеющих чувствовать перемену настроения своего оппонента, наверняка умеет с легкостью использовать это в своих интересах.

За окном уже смеркалось, и мы явно увлеклись, погрузившись в бумаги и обсуждая завтрашний день.

— Я рада, что вы, наконец-то, сдались, — с победной улыбкой на губах произнесла я.

Явившись ко мне несколькими часами ранее, этот человек был уверен, что сможет ответить на все мои вопросы в течение получаса, а потом спокойно отправится домой. Увы, я оказалось крайне придирчивой и дотошной, да и ситуация моя не такая уж и типичная.

* * *

— Ваш отец уже здесь, хозяйка! — сообщение Демьяна не было для меня такой уж неожиданностью: я давно ждала гостей, сидя в своем кабинете в компании стопок бумаг и своего поверенного. И все же я вздрогнула от этих слов, внутренне подобралась, почувствовала, как неприятный холодок прошелся по телу. Дыхание перехватило от нетерпения — больше всего на свете я хотела увидеть Алису.

Я не собиралась идти встречать гостей, намереваясь сохранить хотя бы видимость хладнокровия и спокойствия, чтобы удержать в голове все важные слова и действия, да и вообще встречают уважаемых и почитаемых гостей, а мой родитель таковым не являлся.

Дверь распахнулась, и он весьма стремительно вошел в комнату, окинул меня, стоящую у стола и опирающуюся на костыль внимательным и несколько насмешливым, даже хитрым взглядом, потом посмотрел на стоящего неподалеку Иллариона Павловича, и тот ему явно не пришелся по вкусу.

— Рад видеть тебя на ногах, доченька! Право, я весьма удивлен, думал, что нас проведут в твою спальню, — с некоторой долей разочарования сообщил он.

Я сочувствующе улыбнулась ему, так как явно не оправдала его ожиданий — опять!

Ведьмы-мачехи рядом не было, как и Алисы.

— Где моя сестра, отец? — гневно произнесла в ответ, вместо обмена приветствиями и любезностями.

— Вижу, ты уже неплохо освоилась в роли графини, дорогая моя, раз позволяешь себе так открыто проявлять неуважение к отцу в присутствии посторонних! — вместо того, чтобы ответить на мой вопрос проговорил он, взглядом кивая в сторону моего посредника.

— Я позволяла себе это и раньше, — фыркнула в ответ, раздражаясь все больше и чувствуя, как мало по малу теряю над собой контроль.

Дверь распахнулась повторно, и на пороге снова появился Демьян. Он кивнул мне в знак уважения и пропустил за собой поверенного моего отца, Артемия Гавриловича.

Я видела этого человека несколько раз у нас дома: обычно отец сразу уводил его к себе в кабинет, и там они занимались какими-то своими делами. Артемий Гаврилович был уже немолодым мужчиной в возрасте пятидесяти — пятидесяти пяти лет, невысокий, несколько полноватый, с проплешиной на голове, маленькими и несколько косоватыми глазами, низко опущенными бровями и острым носом. Его лицо всегда казалось мне каким-то хитроватым и лживым: он неприятно улыбался, обнажая желтоватые и кривые зубы, часто сутулился и редко смотрел в глаза собеседнику, но отец явно доверял ему и потому притащил сегодня в мой дом.

Я хотела повторить свой вопрос по поводу сестры: не может быть, чтобы он не взял ее с собой! В своем послании я довольно четко и резко изъявила свое желание увидеть ее сегодня же.