Он уселся напротив, расслабленно откидываясь в кресле. Затем потянулся к столу, набирая что-то ,и через разошедшиеся створки столешницы поднялась средняя часть с напитками и стаканами.

– Это вода. Родниковая. Вкусно.

– Рон!?

– Ты не ответила на мой первый вопрос.

– Я, вроде, не на допросе, – сжала  губы и прищурилась.

– Поверь, ты ещё не знаешь, что такое настоящий допрос.

– Ты имеешь в виду своего брата? Я не намерена отвечать ни на чьи вопросы, если меня это не будет устраивать, – откровенно раздражалась я.

– Нель, пожалуйста, я не хочу ссориться. Это для твоей же безопасности. Ты ведь понимаешь, что о тебе почти всё известно. С того дня, как ты спасла меня, твоя жизнь перестала принадлежать тебе. И сейчас я не говорю о нас с братом.

– Я вас и не виню. То, что со мной произошло, не имеет к вам никакого отношения, как и то, что я предпочла выйти в тот день из машины, а не наблюдать как остальные за разбившимся аэрокаром. Одно то, что этого никогда не происходило, уже должно было насторожить. Но я поступила так, как посчитала правильным. И не жалею. Если бы не то спонтанное решение, я сейчас находилась бы под дурманом и развлекала бы какого-нибудь извращенца или мои останки переваривал бы пустынный монстр. Так что, я очень благодарна за спасение своей жизни. Умирать или быть секс-рабыней я не собиралась. Но предпочла бы первый вариант, чем существование.

– Я рад, что успел.

– Я тоже. Думаю, что ты уже знаешь, что я необычный человек для постапокалиптического мира? – спросила я, и Рон осторожно кивнул. – Если ты даже не в курсе, то твой брат точно, – на эти слова парень улыбнулся. – У тебя заботливый брат. Вы же не просто так за мной явились к чёрту на рога, ведь так?

– Так. Но откуда ты свалилась? Как так получилось, что ты уникум среди остальных? Боюсь предположить, что ты эксперимент какого-то исследования.

– Нет. Не совсем. Мама не могла родить из-за генетического заболевания со сложным названием. К тому же, наследственным. Мой отец был один из тех учёных, которые работали над засекреченным проектом по генетике и наследственности. Угадай с трёх раз – что служило им материалом?

Глава 24. Информация

Алан

Руслан приехал через двадцать минут. Он уселся в широкое низкое кресло и ещё с минуты две молча цедил янтарный напиток.

– Хочешь напиться? – спросил я, доливая до середины в его опустевший бокал. Меня беспокоило его молчание. Значит, что-то серьёзное произошло.

– Если бы алкоголем, даже очень хорошим, можно было решить хоть одну проблему, сколько бы боли люди смогли избежать, – выдохнул он. Отпил небольшой глоток и отставил бокал. – Короче. То, что у комплекса «Сады Семирамиды» есть лаборатория, ты знаешь, – отметил он, и я кивнул. – Ничего особенного они там не делали. Господин Этьен любил там проводить много времени. У него были ассистенты из ближайшего окружения. Всё благопристойно – всего лишь изучали виды, которые им попадались. Для этого и использовалась та ловушка, куда загнали Рона и госпожу Шторм. Вот только некоторые генетические изыскания были незаконными. Сам знаешь, что эксперименты по созданию новых видов запрещены под страхом смерти. Нам и так вокруг хватает мутантов. Лабораторию закроют.

– Ты…

– Подожди. Дай договорить. Естественно, что прежде, чем туда сунулись соответствующие службы, я кое-что оттуда изъял. Везти с собой пробы было опасно. На выходе проверяли всех. И я не мог рисковать. К тому же, не думаю, что было необходимо их сохранить. Поэтому уничтожил на месте.

– Спасибо! Я тебе признателен, – от души поблагодарил я

– Да хватит тебе. Я сделал это, потому что девочка не преступница. И не заслуживает провести остаток жизни под замком, как лабораторная крыса.

– Но ты не только за этим пришёл, так?

– К моему большому сожалению. Хотя, мне эта модифицированная сука никогда не нравилась. Даже рад буду, если это поможет развести вас в разные стороны. Только обещай мне, что не будешь горячиться, – вдруг сел он ровно и пристально посмотрел мне в лицо.

Я хмыкнул скептически. Однако его выражение насчёт «модифицированной суки» вызвало неприятное чувство в животе, и во рту появился кислый привкус.

– Я не буду пересказывать, лучше сам послушай.

Он потянулся к внутреннему карману и вытащил пластиковый патрон флешки.

– Это запись телефонных разговоров. Не всех, конечно. И не тех, что можно отследить обычным путём. Знаешь, при всей своей изворотливости и уме, Этьен не тянет на настоящего злодея. К тому же я пристально наблюдал за ним. И ты сам, небось, заметил, что не с его подачи тогда всё происходило.

– Я заметил. Кто тогда тот манипулятор?

– Не поверишь. Меня заинтересовал звонок, который Этьен принял, когда мы наблюдали за Роном и девушкой. Вот его я и искал.