Через несколько часов весь клан с интересом рассматривал портреты врага, нарисованные мной с разных ракурсов. Шатун с автоматом наперевес готовится к нападению на клан. Десять шедевров карандашом были нарисованы со всеми деталями. Что я могу сказать? Шатун был прекрасен до безобразия. Хотя зачем лукавить? Все оборотни были красивыми и статными. Но у Шатуна на лице было написано: «Берегись, глупышка. Я очень плохой мальчик. Сегодня ночью, если ты не успеешь спрятаться, я украду твоё сердечко вырвав его из груди для забавы». У безжалостного киллера была чёрная душа и гнилое нутро. Я почувствовала это в тот момент, когда прикоснулась к его нити. Улыбка у Шатуна на самом деле была оскалом, а в карих глазах прятались злоба, ненависть и лютая зависть к успешным оборотням. Моральный урод в красивой оболочке. Был у меня опыт общения с таким персонажем. Плавали. Знаем. Вменяемый и уважающий себя человек в одном поле даже срать не сядет с таким ублюдком.

– Нужно обнародовать материал. Пусть всё знают героя в лицо, – Бурьян, не скрывая садистского настроя, злорадствовал по поводу всей этой ситуации. Он хотел, чтобы все оборотни независимо от расы знали, как выглядит неуловимый киллер, который держал в страхе весь мир двуликих. – У заказчика убийства после этого инцидента появится очень много вопросов к исполнителю и его работе.

– Веста молодец. Одарённая особа, – один из оборотней в этот момент смотрел на шедевр и поражался моему таланту. – Зря она перестала рисовать.

– Твоим мнением никто не интересовался, – отрезала Яра.

Медведица знала, что у меня есть определённый набор тараканов в голове, который не мог мне позволить избавиться от демонов прошлого. После возвращения в родной мир я рисовала исключительно смешные комиксы и мультяшные картинки, и то только для Мишки в развлекательных целях. В высокое искусство я больше не погружалась, боясь снова стать зависимой наркоманкой.

Глава 5

Несколько месяцев спустя

– А давно вы здесь? – вот хоть убей, а любопытство было моей слабостью. Не подглядеть, так подслушать и докопаться до истины. Сидя в кабинете, мы с Бурьяном часто общались на разные темы, но больше всего меня интересовала история оборотней.

– Судя по нашим легендам, басням и песням, достаточно давно. У оборотней всех видов существуют сказания про наш родной мир. Все они разные, но есть кое-что общее. Якобы наша историческая родина – это огромная планета, где нет ничего, кроме лес, рек, озёр, полей, гор и прочего. Одна сплошная девственная природа, и выживает в ней только сильнейший или хитрейший. История гласит, что там шла постоянная борьба не на жизнь, а на смерть. И энцефалитный клещ на жопе – это пустяк по сравнению с агрессивными оленями, у которых были ветвистые ядовитые рога, острые как кинжалы. Или зайцы, у которых не было совести и ограничения скоростного режима, хрен догонишь. Были там и орлы размером со сверхзвуковой истребитель, и вепри злые, и лисы хитрые. В наших сказках нам ещё повезло. Медведи могли малиной перекусить с мёдом, рыбу половить, коренья откопать, грибы и шишки пожевать и на зимовку в берлогу, а вот волкам и кошкам там было совсем худо. И превращаться в человека мог либо очень смелый оборотень, либо конченый дебил. Никто не знал, зачем нам была дана бесполезная человеческая ипостась.

– И как же все там жили? – с фантазией у меня всё было прекрасно, но представить себе мир, заселённый одними оборотнями, было сложно.

– А вот так и жили – в вечной погоне за нервной жратвой. Быструю еблю в колючих кустах или в сырых пещерах можно было назвать романтикой. Особенно в зверином обличии обожали трахаться волки. Они в этом плане до сих пор остаются полными отморозками. Большинство из них ведут себя как животные, – Бурьян аж поморщился. Медведь не любил волков и не пытался это скрыть. Они все его бесили, но чем именно, глава клана, так и не смог внятно объяснить. – Хотя рядом с нами живёт адекватная стая белых волков, но они меня все равно раздражают своим существованием.

– А любовь? В вашем мире она была?

– Какая любовь? Какая письменность, литература, живопись, экономика, финансы? Проснулся, выжил и уснул. Вот и весь распорядок дня любого доисторического оборотня. Живи быстро, умри молодым. Говорят, что были в том мире звери и пострашнее всех нас вместе взятых. Из-за них стаи волков со временем превратились в стада. Медведи – в запуганных хомяков с энурезом, а кошки вообще чуть не вымерли. Их осталось две калеки и три чумы.

– Так как вас сюда занесло? – смотрю на Бурьяна и понимаю, что не сквозняком оборотней в наш мир надуло. Тут были задействованы другие силы природы.

– Точно никто не помнит и не знает. Истории много раз переписывались и со временем превратились в полный бред. Но есть у нас одна детская песенка про рыжую лисичку.

– Лисичку? – вот это поворот. Яра мне пела колыбельную про рыжую зверюшку.