Читаем Неведомой рукой полностью

В 8:12 двери лифта раздвинулись, и явилась довольно-таки причудливая фигура. Большие зеркальные линзы солнцезащитных очков придавали ей вид насекомого, но в остальном она была очень похожа на знаменитый симметричный автопортрет Норы Арон. Это был пухлый бледный мужчина чуть выше среднего роста с пушистыми каштановыми волосами до плеч. Его костюм, как и ожидал Фин, был тщательно продуман — рубашка с золотой сеткой под темно-синим бархатным костюмом, дополненным синими лакированными туфлями, белыми перчатками и голубой малаккской тростью с золотой ручкой.

— Полагаю, Аарон Уоллис.

— Надеюсь, что вы телохранитель, а не... другой.

Фин улыбнулся.

— Я здесь, чтобы защищать вас. Меня зовут Теккерей Фин.

— О. — Художник отпер дверь. — Отлично. Тогда увидимся. — Он вошел и начал закрывать дверь, но Фин подставил ногу.

— Подождите минутку, мистер Уоллис. Не мог бы я осмотреть место? В смысле, угрожавшее вам лицо может скрываться здесь...

— Слушайте. Мне не надо, чтобы вы что-то осматривали. Тут нет убийцы. Все это — чья-то глупая шутка. Если вам станет легче, я посмотрю сам, окей?

— Но это разрушит все...

Его собеседник уже закрыл дверь. Примерно через минуту она вновь открылась.

— Никого нет, окей? И вот вам стул. Теперь расслабьтесь и больше меня не беспокойте. Я буду работать. — Он протянул деревянный ярко-оранжевый кухонный стул, и дверь закрылась. Фин услышал щелчок замка и лязг цепочки. Было очевидно, что Уоллис вовсе не так спокоен, как хочет казаться.

Через полчаса вернулся Мун с бутербродами и пластиковыми чашечками с кофе. Разговор после ужина перешел, что вполне естественно, на искусство, и они обсудили работы Уоллиса и его современников. Торговец искусством дал понять, что считает Уоллиса первым художником своего времени.

В десять часов он собрал упаковки от бутербродов и чашки и встал.

— Похоже, наш источник угрозы струсил, — сказал он.-Но я все же хотел бы, чтобы вы подежурили до полуночи. На всякий случай.

Вновь художественная гимнастика и медитация, а в полночь вернулся Мун.

— Еще часок? — предложил он.

В час ночи они сдались. Мун выглядел обеспокоенным. Когда они спустились на лифте в вестибюль, он сказал:

— Не могу этого понять. Я был уверен, что эти угрозы что-то значили. Вот и верь предчувствиям.

В вестибюле они заметили, как кто-то спорит с портье. Незнакомец, светловолосый мужчина в кожаном мотоциклетном костюме, ухватился за край стола и склонился над ним.

— Но мне сказали...

— Да, а мне сказали вас не пускать. Мистер Уоллис особо приказал мне не подпускать вас сюда — особенно сегодня. Так что проваливай, парень.

Незнакомец наклонился над ним и пробормотал нечто неприятное.

— Прайс! — воскликнул Мун. — Что вы делаете?..

Прайс повернулся и бросился к выходу. Через секунду снаружи взревел мотоцикл, и его шум затих вдали.

— Он знает, что ему запрещено сюда ходить, — сказал Мун. — И бывает тут все последние месяцы. А сегодня Аарон особо подчеркнул приказ. Не нравится мне все это. Могу я воспользоваться внутренним телефоном, Джордж?

Портье почтительно подтолкнул телефон по столу на несколько дюймов. Мун набрал номер «один-один» и ждал, постукивая золотой зажигалкой по табличке на стойке.

— Не отвечает. Интересно... А вот и Полли!

Симпатичная девушка мальчишеского вида в желтых брюках и свитере вошла, закутывая плечи в длинное пальто цвета красного дерева.

— Полли! — Мун жестом указал на трубку. — Полли, Аарон не отвечает на звонок. А Прайс только что был здесь — я волнуюсь.

— Сейчас пойду к нему, — сказала она.

— Можем мы пойти с тобой?

— Мы? — Она посмотрела на детектива. — Полагаю, вы Теккерей Фин. Слушайте, почему бы вам не играть в копов и грабителей где-нибудь еще? Я... Ох, ладно. Наверное, пара слов от Аарона вас успокоит. Пошли.

Лифт все еще ждал внизу. Когда они поднялись на одиннадцатый этаж, у двери, обшитой дубовыми панелями, все еще стоял оранжевый стул. По-видимому, ничто не было потревожено. Они позвонили, затем через какое-то время Мун постучал. Наконец, Полли достала ключ.

Дверь открылась, но всего на дюйм; мешала цепочка.

— Аарон! — позвала сквозь щель Полли. — Подойди сюда и открой дверь. Мы не можем войти! Аарон?

В ответ тишина.

— Лучше нам выломать ее, — сказал Мун. Двое мужчин вновь и вновь наваливались на дверь. После полудюжины бросков цепочка вырвала из стены скобу.

Трио прошло через небольшой вестибюль и спустилось потрем ступенькам в большую комнату ниже уровнем.

Часть ее была меблирована, а остальное использовано под студию. У стен стояло несколько законченных и незаконченных холстов, а стол качался под тяжестью ведерок и банок, жестянок и трубок. На мольберте стоял подготовленный холст, но Аарон Уоллис не намеревался приступить к работе. Он лежал перед ним на ковре, словно рассматривая его с низкого угла зрения, заложив руки за голову. В солнцезащитных очках отражался холст, пустота отражала пустоту.

Из-за позы воротник синего бархатного пиджака поначалу скрывал причину смерти — кусок резиновой трубки был скручен и завязан вокруг его шеи.