Читаем Неуловимые полностью

Громек уехал. Керимов вплотную занялся поисками шпионской школы. Разведчик развил огромную активность. Пользуясь предоставленными ему правами в связи с заданием по проверке людей, он перерыл груды архивного материала, осторожно опрашивал сотрудников, беседовал с посторонними. Но ничего не узнал. Аскер ломал голову, казалось бы, над неразрешимой задачей и ничего не мог прояснить. После долгих раздумий он пришел к выводу, что если и есть поблизости такая школа и такая личность, как "Бешеный", то они не имеют отношения к местному абверу. Значит, надо искать иначе. Но как? Может быть, идти от обратного, искать не хромого и его заведение, а тех, кто должен быть связан с ними? Кто же мог иметь отношение к школе или хотя бы знать что-либо о ней? И Аскер сказал себе: летчики с расположенного неподалеку аэродрома бомбардировочной авиации дальнего действия. Если школа находится здесь, в довольно глубоком тылу, то заброску подготовленных ею шпионов легче всего производить по воздуху. Разведчик занялся летчиками. Он еще раньше замечал их, завсегдатаев офицерского ресторана и кабаре. Но тогда они его не интересовали. Вскоре работники абвера заметили перемену, происшедшую с обер-штурмфюрером Краузе. Раньше его едва можно было затащить вечером в ресторан обер-штурмфюрер предпочитал просиживать эти часы в своем кабинете. Теперь же Курт Краузе стал проводить в увеселительных местах ночи напролет. Всегда при деньгах, красивый, веселый, он был неистощим на выдумки. Вокруг него кипело веселье, собирались любители посмеяться, выпить за чужой счет. Таких всегда находится немало. Между тем, Аскер искал. Осторожно, но тщательно ощупывал он тех, что окружали его: все это было не то, что нужно. Так проходили дни. Связной в очередную среду не явился. Аскер и не подозревал о, той трагической участи, которая постигла Александра Гришко. Он не знал связного в лицо В свою очередь, и Гришко ничего не было известно о человеке, которого он должен был встретить на мосту, опознать по условному знаку и передать задание. В часы, когда Аскер оставался наедине со своими мыслями, он был хмур, мрачен. Начинали закрадываться сомнения. Правильно ли он действует? Ведь самое драгоценное тратится впустую - время. А его не вернешь. Настроение ухудшалось так же и из-за обстановки на фронтах. Гитлеровские армии теряли огромное количество людей, техники, но кое-где лезли вперед. На востоке шли тяжелые бои. Наступление советских войск задерживалось. Однажды - это было в субботу, часа в три ночи, когда веселье в кабаре достигло кульминации, - в зал вошла группа пилотов. Они прибыли сюда, видимо, прямо с аэродрома: в руках у некоторых были большие штурманские планшеты.