Читаем Неукротимый враг полностью

Случайные совпадения в моей работе происходят редко. Если копнуть поглубже, то почти всегда можно обнаружить их общий, разветвленный надвое корень. Вряд ли было случайностью то, что Джек Флейшер снялся и выехал из этого дома — предположительно к себе, в Санта-Терезу, — сразу же после того, как Лорен Смит была жестоко избита. В справочнике я нашел его фамилию и адрес «Пайн-стрит, 33».

Это оказалась улица неподалеку от здания суда, застроенная старыми домами людей среднего достатка, усаженная, в соответствии со своим названием, соснами[7]. В большинстве домов свет уже не горел. Поставив машину на углу у старой церкви, я пошел по улице, освещая фонариком номера домов. Две проржавевшие тройки были прибиты к крыльцу двухэтажного белого щитового дома. В окнах горел свет, сквозь задернутые шторы казавшийся тускло-желтым. Я постучал во входную дверь. Послышались неуверенные шаги, и женский голос спросил:

— Чего надо?

— Мистер Флейшер дома?

— Нет.

Однако женщина отперла дверь, чтобы посмотреть на меня. Это была блондинка средних лет, на лице которой сохранилась косметика, тщательно наложенная еще днем, а сейчас уже начинающая растекаться. Ее глаза смотрели на меня с той пристальной и болезненной подозрительностью, которая вырабатывается годами. От нее сильно разило джином, и это тоже вызвало у меня определенную ассоциацию. Внешне она отдаленно напоминала Лорел Смит и вполне могла бы сойти за ее старшую сестру.

— Миссис Флейшер?

Она мрачно кивнула.

— Я, кажется, не знаю вас?

— Я больше знаком с вашим мужем. Не знаете, где я могу найти его?

Она развела руки. Тело под розовым стеганым халатиком оказалось довольно дряблым.

— Хочешь, обыщи меня.

— Дело важное. Я приехал из Лос-Анджелеса.

Подойдя ближе, она схватила меня под руку. Я почувствовал себя как бы на месте Джека.

— А что Джек там делает?

— К сожалению, не могу раскрывать этого.

— Мне-то уж можешь сказать. Я его жена. — Она потянула меня за руку. — Пойдем. Налью тебе выпить. Любой друг Джека...

Возражать я не стал, и она провела меня в большую неопрятную гостиную. Вид вокруг был такой, словно здесь не живут, а лишь остановились на короткое время. Основным украшением были охотничьи трофеи Флейшера, висящие над камином.

— Что будешь пить? Я пью джин со льдом.

— Мне тоже.

Она вышла нетвердой походкой и вернулась, держа в руках низкие широкие бокалы с наколотым льдом и джином, налитым доверху.

Я отпил немного.

— Ваше здоровье.

— Садись вот здесь. — Она показала на кушетку с накинутым покрывалом и села вплотную ко мне. — Ты хотел рассказать мне, чем там Джек занимается.

— Деталей я не знаю. Похоже, что проводит одно расследование.

Она неторопливо перебила меня:

— Пусть он тебе очки не втирает. И выгораживать его тоже не вздумай. Тут замешана женщина, скажешь нет? У него есть квартирка в Лос-Анджелесе, и эта женщина опять живет с ним. Не так разве?

— Вы знаете его лучше, чем я.

— Еще бы мне его не знать. Мы женаты уже тридцать лет, и добрую половину нашей поганой совместной жизни он волочится за одной и той же юбкой. — Она придвинулась ко мне совсем близко, вся сгорая от любопытства. — Ты видел эту женщину?

— Видел.

— Сейчас я покажу тебе ее карточку, — сказала она, — и ты мне скажешь, это та самая или нет.

— Если вы поможете мне найти Джека.

Она серьезно обдумала поставленное мною условие.

— Он отправился в район Залива[8]. Бог его знает, зачем. Думала, что хоть на ночь останется. Но он принял душ, переоделся, съел обед, который я ему приготовила, и был таков.

— Куда именно в район Залива?

— На Полуостров. Слышала, как он звонил в Пало-Альто перед тем, как уехать. Заказывал номер в гостинице Сэндмена. Это все, что мне известно. Больше он мне ничего не говорит теперь, и я знаю, почему. Опять за этой юбкой увивается. Такой же блеск в глазах. — Голос ее звенел от негодования, словно шмель, попавший в паутину. Она залила его солидным глотком джина. — Я покажу тебе ее карточку.

Поставив пустой бокал на столик, инкрустированный полированными камешками, миссис Флейшер вышла из гостиной и тут же вернулась. Она швырнула мне маленькую фотографию, направив на нее настольную лампу.

— Это она, ведь так?

Передо мною было лицо Лорел Смит, сфотографированное, когда она была еще темноволосой девушкой лет двадцати пяти.

Я осушил свой бокал, и она отправилась на кухню, чтобы налить еще. По-моему, пока она находилась там, успела приложиться к бутылке. Возвращаясь в гостиную, она наткнулась на дверной косяк, облив себе руку джином.

Забрав у нее оба бокала, я поставил их на инкрустированный камешками столик. Она стояла передо мной пошатываясь, глаза у нее разбегались в разные стороны. С трудом ей все же удалось опять сосредоточить взгляд на мне, при этом мелкая сетка морщинок прорезала кожу вокруг глаз.

— Это та самая женщина, да? — спросила она.

— Да, точно она. Вы знаете, как ее зовут?

— Она называла себя Лорел Смит, когда жила в Родео-сити.

— И сейчас так же.

— Джек живет с нею в Лос-Анджелеса, да?

— Насколько мне известно, с ней никто не живет.