Читаем Неукротимый голод полностью

— Вам обоим просто нужно преодолеть свои инстинкты, чтобы о ваших женщинах можно было позаботиться, — сказала Секк'тхи, переводя взгляд с Арка на Драккала, прежде чем остановить его на Урганде. — И тебе нужно будет помнить об их чувствах во время работы.

— Пациенты — мой приоритет, — сказал Урганд, хмуро глядя на Аркантуса и Драккала, — но я понимаю. Я… буду более тщательно подбирать слова, поскольку вы все — сборище сверхчувствительных придурков.

Комментарий Урганда вызвал смешки у всех, собравшихся вокруг стола, даже у Арка и Драка. Раздражение Драккала медленно угасло.

— Полагаю, это означает, что игра окончена, — сказал Рази, нарушая тишину. — Вы все снова проиграли, — он наклонился вперед и смахнул кредитные фишки, сложенные стопкой под доской, к остальным, аккуратно лежащим перед ним.

Аркантус обратил свое внимание на крен.

— Притормози, Рази. У Сэм была самая большая секция. Это означает, что ей достанется самая большая часть выигрыша.

Рази поднял руку ладонью к потолку и пожал плечами.

— Но она вышла из игры. Она проиграла.

— Что ж, тогда ничья, — сказал Аркантус.

Рази выгнул бровь.

— Ты действительно так думаешь? Может, сэкономишь нам всем немного времени.

Аркантус вздохнул и развел руками.

— Когда ты прав, ты прав. Однако все к лучшему, — он поднялся со своего места и хлопнул Драккала по плечу, — поскольку это даст мне больше времени, чтобы помочь Драккалу выглядеть наилучшим образом, прежде чем он заберет свою пару.

Драккал скептически посмотрел на Аркантуса.

— Выглядеть на все сто, седхи? Я уже так выгляжу. Весь день, каждый день. Вот почему ты не можешь отвести от меня глаз.

Аркантус прикусил нижнюю губу клыками, когда его центральный глаз опустился, обводя Драккала взглядом.

— Старый друг, самое время кому-нибудь объяснить тебе это — ты выглядишь так, словно тебя кошки подрали.

— Пошел ты, Аркантус.

ДВЕНАДЦАТЬ

Один рюкзак. Этого хватило, чтобы вместить все, что было у Шей, — один жалкий рюкзак. Даже не заполненный до конца. В нем были только одежда, туалетные принадлежности и несколько других предметов первой необходимости. Оружие Шей висело на поясе, спрятанное под безразмерной курткой, а голоком надежно закреплен на запястье. Но она не собиралась позволять себе впадать из-за этого в депрессию. Это было ее новое начало, не так ли? Каждый с чего-то начинал. Дальше будет только лучше.

Для ее ребенка все должно стать лучше.

Она не назвала Драккалу определенного времени для переезда, когда звонила ему ранее. Ожидание было адским, и она несколько раз проклинала себя за то, что просто не сказала забери меня через тридцать минут. Не то чтобы ей требовалось время, чтобы собрать вещи или уладить дела. В тот момент, когда он написал ей, что уже едет, она вскочила со стула, подхватила рюкзак и в последний раз вышла из комнаты, не оглянувшись.

И вот теперь она была здесь, стояла перед захудалым многоквартирным домом, с тревогой ожидая прибытия Драккала.

Она не потрудилась сказать этому ублюдку Вриску, что уходит. Он был взрослым мальчиком, разберется сам. Если у него возникнут претензии, пусть засунет те кредиты, что вымогал у нее, прямо себе в чешуйчатую задницу.

Да и вряд ли его это особо волновало. В конце концов, он стабильно получал месячную плату — или трехнедельную, учитывая, что этот ублюдок, похоже, даже не знал, сколько длится месяц. Как только она исчезнет, он тут же притащит в комнату какую-нибудь другую отчаявшуюся девчонку. Черт возьми, даже если бы она оставила после себя кровавую баню, он бы едва ли задал хоть один вопрос.

Шей поправила плечевой ремень рюкзака и нахмурилась. Ей было знакомо ощущение, что ее жизнь ни для кого не имеет значения. Так было с ней и на Земле, когда она работала среди наркобаронов, воров, сутенеров и наемников. Но когда-то она имела значение.

И ты все это разрушила, не так ли, Шей?

Горло сжалось, но она не позволила этим чувствам, этим воспоминаниям задушить ее. Сейчас было не то место и не то время.

Когда настанет время? Когда оно вообще придет?

Шей покачала головой и посмотрела налево, на людей, идущих по темному, созданному инопланетянами каньону, проходящему между близлежащими зданиями. Все они выглядели по-разному, но она распознала родственные души — все эти люди просто пытались сводить концы с концами и жить своей жизнью.

Был кто-то, кто утверждал, что она имеет значение. Кто-то, кто был жив, кто-то, кто ехал за ней прямо сейчас. Почему это знание немного напугало ее?

Больше, чем немного.

Напористость Драккала пугала ее до смерти. Множество парней проявляли к ней интерес, но их никогда не привлекало ничего, кроме ее тела. Драккал… Он хотел Шей. Всю ее — разум, тело и душу.

Он хотел ее как свою пару.

Почему это слово казалось более постоянным, чем жена, более могущественным, чем брак?