Сгорая от ненависти, Габриель вскочил на своего коня, который был привязан неподалеку, и пришпорил его.

Он поскакал к дому своей бабушки на Гросвенор-сквер. А эта дрянь пусть пока позабавится со своим французиком.

Пусть пока наслаждается жизнью! Вскоре ей придется ответить за все.

18

Шайна догадалась обо всем, лишь когда карета тронулась с места. Йетс сообщил, что экипаж подан к крыльцу, и она быстро покинула дом и заняла место внутри кареты, не обращая внимания ни на сам экипаж, ни на кучера. Она и не заметила подмены.

Она поняла все лишь тогда, когда увидела напротив себя насмешливые желтые глаза Демьена де Фонвилля.

– Что вы здесь…

Шайна замолчала и огляделась. Теперь до нее дошло, что это чужая карета. Ее была обита внутри голубым шелком, а эта – темно-зеленым. Выглянув в окно, Шайна убедилась, что едет совсем не в сторону Сент-Мартин-стрит, где ее ожидает леди Саттон.

– Куда вы везете меня? – холодно спросила она.

– В Олдвич-Эбби, – последовал короткий ответ.

– О нет! – закричала она. – Нет! Немедленно остановите карету!

Она постучала в переднюю стенку, желая дать сигнал кучеру. Но Демьен тут же распахнул крошечное окошечко, сквозь которое можно было говорить с возницей.

– Поезжай! – приказал он. – Ни на что не обращай внимания и не останавливайся до самого замка!

Кучер прикрикнул на лошадей, и карета покатила еще быстрее. Вот уже и окраины Лондона остались позади, и за окном кареты потянулись маленькие, тихие пригородные деревушки. Первым порывом Шайны было распахнуть дверь и бежать, любым способом бежать! Но лошади мчали все быстрее, а камни, мелькавшие на обочинах, были такими острыми… Нет, выпрыгнуть на полном ходу было бы настоящим самоубийством!

Шайна поймала ехидный, ядовитый взгляд Демьена.

– Зачем вы сделали это? – гневно спросила она. – Вы же прекрасно знаете, как я вас ненавижу!

– Да, для меня это не секрет, – спокойно протянул Демьен. – Но со временем…

Он пожал плечами.

– Вечности не хватит, чтобы изменить мое отношение к вам, – пообещала Шайна. – Я знаю, что вы за человек. Это вы довели до смерти Йена. Не знаю как, но уверена, что без вашей грязной руки здесь не обошлось. Дворецкий сказал, что перед смертью мой муж получил письмо. Что вы ему написали? Какую гадость?

– Какое это сейчас имеет значение? – жестко усмехнулся Демьен. – И прошу вас, дорогая, не нужно разыгрывать из себя убитую горем вдову. Мне кажется, вы не такая лицемерка.

– Не могу сказать, что я любила Йена, – согласилась Шайна, – и действительно, его смерть была для меня не таким уж сильным ударом. Но я знаю, что вы сумели обернуть против Йена все его слабости. Это вы разбудили дремавших в нем демонов. Не понимаю только, чего вы этим добивались!

– Не понимаете? – усмехнулся Демьен. – А я думал, что понимаете. Прекрасно понимаете.

Шайна молча уставилась в окно.

– Меня? – негромко спросила она. – И что же вы пообещали Йену в обмен на его жену?

– Титул графа Деннистона, – резко ответил Демьен и с интересом стал наблюдать за выражением лица Шайны. – Да, да, именно так, – продолжал он. – Йен хотел, чтобы я помог ему убрать с дороги его отца и брата, чтобы он мог получить титул графа и наследство.

Шайну передернуло от отвращения.

– Но вы же не можете на самом деле убить человека своими заговорами и заклинаниями, – сказала она и добавила: – Или все-таки можете?

Демьен хитро усмехнулся.

– Все зависит от конкретного человека, моя дорогая. Есть такие – и их немало, – что верят, будто это возможно. Этих людей очень просто довести до смерти – нужно лишь убедить их, что они непременно должны умереть. И тогда они быстро сходят с ума, начинают чахнуть и умирают – я полагаю, от страха.

– Так, значит… – Шайну внезапно охватил ужас. – Так вот о чем вы написали в том письме: о том, что заколдовали Йена, приговорили его к смерти! И так напугали его этим, что он сам покончил с собой!

Ничто не дрогнуло в лице Демьена.

– М-да, Йен очень сильно верил в заклинания, – равнодушно заметил он.

– И вы сделали его своей жертвой, – обвиняющим тоном продолжила Шайна. – Да вы просто дьявол!

– Дьявол? – похоже, что Демьен был слегка удивлен. – Да нет, куда уж мне. Скажите лучше, понравилось бы вам, если бы план Йена осуществился? Как бы вы чувствовали себя, став графиней Деннистон?

«Нет уж, если выбирать, то я предпочла бы быть миссис Габриель Сент-Джон, – мрачно подумала Шайна. – И могла бы быть ею, но не стала, пытаясь спасти Габриелю жизнь. А что получила в итоге?»

Демьен внимательно смотрел на нее, ожидая ответа.

– Мне не понравилось бы быть графиней Деннистон, – наконец сказала она.

– Нет? – герцог изобразил удивление. – А как насчет того, чтобы стать герцогиней де Фонвилль?

Шайна испуганно взглянула на него.

– И думать об этом не смейте!

– А мне кажется, вам стоит принять предложение, – серьезно сказал Демьен. – Право, вам к лицу будет титул герцогини. Ну же, соглашайтесь!

Шайна метнула на него испепеляющий взгляд.

– Выйти замуж за вас? – прошипела она. – Да скорее я соглашусь стать женой самого дьявола!

Демьен небрежно откинулся на подушки. Безмятежно, лукаво улыбнулся.