Читаем Неудачная дача полностью

— Привет, Никита. Мою пол.

— Да? Ладно. Где парни?

— На веранде.

Никита пошел к ним, закрыв за собой дверь.

Я снова нагнулась, и стала возить тряпкой по полу. Если часто мыть пол, то запах дыма не такой сильный. Швабра на даче отчего-то не водилась, вот и мою руками.

Кошка заметила, что я повернулась к ней спиной и нагнулась над ведром. Она очень любила, когда я так делаю, потому что можно с удобством прыгнуть мне на спину всей тушей. Хоть кошка не толстая, но когда она с двери шмякается на спину, то радости мало. Когда я почувствовала когти на спине, то дернулась, а кошка свалилась в ведро с водой.

Кошка, разумеется, взвыла, я взвизгнула, вода из ведра выплеснулась почти вся, кошка в ведре задергалась. С веранды заглянули парни. Их мнение обо мне упало ниже некуда.

— Решила утопить кошку? — почти не удивился Степан. — Так в ведре не утопишь, иди на огород, там бочка с водой.

Антон кивнул. Он, как я полагаю, в детстве принял близко к сердцу слова своей мамы о том, что хорошего мальчика люди должны видеть, но не слышать. Я от него за день и трех слов не слышала, умных, по крайней мере. К тому же кошка вызывала у него примерно такое же чувство, как кубок с ядом.

Кошке удалось без посторонней помощи вылезти из ведра, и она запрыгала по всей комнате, ища спокойное и безопасное место, где можно отсидеться до победы коммунизма на всем земном шаре.

— Никита, помоги поймать кошку! — попросила я, бегая за ней, так как имела подозрение, что святость и белоснежная чистота скатерти на обеденном столе не станут препятствием для Милки, если она того захочет.

Но Никита решил повести себя как джентльмен, а именно предпочел отмолчаться, уйдя в глухую оборону и делая вид, что мы с ним не знакомы. Молодец, помог. Кошка, как я и думала, пошла отлеживаться на обеденном столе. Я же выглядела, как почетный гость сходки мокрых страшных теток.

— Ну вот! Называется, помыла пол! — решила разозлиться я.

— Злится, как облезлая кошка, и выглядит так же! — услышала я тихие слова Степана, когда он поднимался вместе с Никитой на второй этаж. Антон последовал за ними.

Мы с кошкой остались вдвоем. Ну и ладно, проживем без мужиков. Минут пятнадцать точно проживем, потому что деться нам здесь друг от друга некуда, как в подводной лодке. Свобода на этой даче — иллюзорное понятие, если только не хочется топать до электрички. Нам с кошкой точно не хотелось. И еще оставался крохотный шанс, что Никита осознает, какая я чудесная и позовет замуж. Блажен, кто верует.

Кошка мявкнула, лежа на столе и шлёпая по нему мокрым хвостом.

— Ты тоже думаешь, что не позовет? — озадаченно спросила я. — Вот и мне так кажется. Если он это сделает, то все мои знакомые бабы просто помрут от зависти, а я не могу быть такой везучей. Представляешь, и муж красавец, и недоброжелательницы померли. Редкая удача. Ты на меня так не смотри, я вообще-то добрая.

Кошка фыркнула и решила слезть со стола, предпочтя ему старый искореженный жизнью и ржавчиной холодильник.

Из маленькой спальни вышла Настя, увидела кошку, хотела ее сцапать, но вовремя заметила то, что Милка мокрая и грязная, и Настина любовь к животному мгновенно угасла. Девочка сделала вид, что книга, которую она держит в руках, ее интересует намного больше.

— На чердаке нашла, — похвасталась она, — там еще много книг, и как их только мыши не съели. Представляешь, даже мыши не хотят жрать классиков русской литературы, а меня папа заставляет этот кошмар читать! И где после этого справедливость?

Я могла бы сказать, что справедливость вообще редко встречается, но промолчала, наблюдая за Милкой, которая элегантно спрыгнула с холодильника, где у нее мерзли лапы, и, распушив хвост, куда-то пошла. Надеюсь, не на кровать. Еще и там испачкает.

— Настя, классики — это величайшее наследие человечества. Русские, между прочим, тоже внесли туда свой вклад. Все читали, и ты должна.

— Конечно, если все взрослые мучились, то и детям надо детство изгадить, чтобы жизнь мёдом не казалась.

— Ну, почти так.

— Русские не могли туда внести что-нибудь покороче, а не «Преступление и наказание»? Я, конечно, патриотка, но не настолько же! И ты тоже это читала?

— Все читали.

— И как тебе?

— Жива.

— Так, то ты! Ты, небось, этого Достоевского прочитала еще в детском саду в перерыве между завтраком и обедом!

— Почти так, — засмеялась я.

— Давай ты мне расскажешь, про что книжка, и я ее обратно отнесу, а папе скажу, что прочитала?

— Так не честно, читай сама.

— Прочитаю, раз все взрослые такие вредные, — скорчила жалобную мордашку Настя. Давай, я найду что-нибудь повеселее? Ленкин любовный роман? Можно?

— Нельзя.

— Ты тогда только быстренько скажи, чем там все закончилось в книжке?

— Плохо все закончилось.

— Так я и знала! Гадостная книжка! Зачем вообще такое сочинять? В жизни должен быть позитив! Грустные истории плохо влияют на судьбу.

— Откуда ты это взяла? — удивилась я. — Вот в Древней Греции считали, что катарсис…

— Миля, не надо, а? Ты на даче, а не на лекции. Если интересно, то взяла из старой книги про привидения. Вот это вещь! Классики отдыхают.