Читаем Нетразим. (СИ) полностью

  Или он сам. В некромантии Фарон, откровенно говоря, был ещё не лучшим специалистом, хотя облачение послушника и не носил, сразу попав в ряды полноценных чёрных магов. Причиной тому были и возраст, и навыки, всё-таки он был не каким-нибудь сбежавшим за лучшей долей студентом, а ветераном ещё Второй войны, с которым за руку и Антонидос бывало здоровался. Не часто но случалось. Но вот в боевой магии Фарон толк знал, а ещё, о чём никто из его бывших коллег даже не догадывался, очень неплохо разбирался в демоническом колдовстве, благодаря чему, собственно и получил своё прозвище "Огненный", что, правда, случилось уже после войны. Тогда, во время бесконечных манёвров, отступлений, огрызаний, коротких контратак и наконец победоносной битвы за Столицу с последующим наступлением Фарон проникся большим уважением и интересом к вражеской магии, такой новой и непохожей на всё что он знал до этого, хоть она и встречалась на поле боя относительно редко. А потом, когда орков уже откровенно гнали к Чёрной Горе у него наконец-то появился шанс до этой магии добраться. В первую очередь он начал изучать язык, благо оправдать это перед командованием было не сложно, да и пленных хватало. Вернее, только тогда-то они и начали впервые появляться. И первым его шоком стало то, что орки оказали грамотными, не тупыми дикарями, какими их видели все без исключения люди, а пусть и весьма агрессивным но народом с письменностью не уступающей по своей сложности человеческой. Этого факта Фарону хватило чтобы очень крепко задуматься о многих вещах, а рассказы пленных о истории их народа ещё больше отягчили эти думы. Впрочем, уже начавший седеть мужчина, которому перевалил пятый десяток и не подумал бросаться к лорду Лотару и паладинам Серебряной Длани с новостями о новых открытиях и требованиями что-то там изменить в политике Альянса. Чай не слюнявый мальчишка с гвоздём для подковы застрявшим пониже спины, да и они не пастушки при монастыре Света - хотели бы что-то узнать, возможностей имели не меньше, а раз не захотели, значит не захотели вполне осознанно. Другое дело, что лично для себя Фарон выводы из примера орков сделал и применительно к демонической магии они звучали как "держи себя в руках", то-есть изучать можно, но нырять с головой, с разбегу и кумполом о дно - чревато. А дальше был разгром Орды у Черной Горы, преследование бегущих до Тёмного Портала и восхитительное выступление ученика самого Медива, которое Фарон наверно не забудет никогда в жизни. И за это время в его руки попали три книги из поклажи орковских колдунов, которые он и изучал многие последующие годы, очень тщательно и аккуратно постигая основы нового для себя искусства, в конечном итоге сумев объединить некоторые методы создания огненных заклинаний из школы магов Даларана и колдунов Орды. Несколько раз он слышал о подобных себе исследователях и каждый раз убеждался в правильности осторожного пути развития, ведь все они едва дорвавшись до новой силы, тут же рвались заключать контракты с демонами и швыряться чистыми заклинаниями колдовской магии направо и налево, и естественно почти мгновенно привлекали внимания Кирин Тора, Серебряной Длани или эльфов Кель Таласа, попутно наворотив такого, что даже без законов о запрете демонической магии, за все получившиеся художества - виселица ещё мягкий приговор.

  И вот сейчас он - достаточно опытный колдун, пусть и самоучка, удивительно вовремя оказался именно там где нужны его таланты. С обычным поднятием нежити его подчинённые справились бы лучше, это Фарон признавал спокойно, уж он то давно вышел из того возраста чтобы по детски отрицать очевидное, или упаси Тьма на очевидное обижаться. Но и не отрицать что так много совпадений просто так не бывает, он тоже не мог, следовательно и нечто подобное Лорд предвидел, когда включал его в отряд, ведь в Шпилях Ветрокрылях работы колдуну нет, напротив там работа только для мастеров некромантов - поднимать банши из немногих сохранившихся останков.

  Мысли старика соскользнули на банши, вернее на процесс их поднятия. Губы под пышными усами невольно сложились в улыбку. С тех пор как старческие болячки прекратили его донимать, тело начало время от времени проявлять довольно давно забытые реакции, да и то как благородные эльфийки, кхм... возмущаются в первый миг забавляло, нда... определённо надо поспешить к Лортемару.

  -Это не проблема, - вернувшись к разговору, произнёс маг, - я могу создать достаточно стабильные камни для длительной транспортировки. У нас тут вроде бы семеро шаманов, начнём с них и пойдём дальше, хотя я не уверен на счёт седьмого, очень уж слабая у него энергетика.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мы против вас
Мы против вас

«Мы против вас» продолжает начатый в книге «Медвежий угол» рассказ о небольшом городке Бьорнстад, затерявшемся в лесах северной Швеции. Здесь живут суровые, гордые и трудолюбивые люди, не привыкшие ждать милостей от судьбы. Все их надежды на лучшее связаны с местной хоккейной командой, рассчитывающей на победу в общенациональном турнире. Но трагические события накануне важнейшей игры разделяют население городка на два лагеря, а над клубом нависает угроза закрытия: его лучшие игроки, а затем и тренер, уходят в команду соперников из соседнего городка, туда же перетекают и спонсорские деньги. Жители «медвежьего угла» растеряны и подавлены…Однако жизнь дает городку шанс – в нем появляются новые лица, а с ними – возможность возродить любимую команду, которую не бросили и стремительный Амат, и неукротимый Беньи, и добродушный увалень надежный Бубу.По мере приближения решающего матча спортивное соперничество все больше перерастает в открытую войну: одни, ослепленные эмоциями, совершают непоправимые ошибки, другие охотно подливают масла в разгорающееся пламя взаимной ненависти… К чему приведет это «мы против вас»?

Фредрик Бакман

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература
Этика
Этика

«Этика» представляет собой базовый учебник для высших учебных заведений. Структура и подбор тем учебника позволяют преподавателю моделировать общие и специальные курсы по этике (истории этики и моральных учений, моральной философии, нормативной и прикладной этике) сообразно объему учебного времени, профилю учебного заведения и степени подготовленности студентов.Благодаря характеру предлагаемого материала, доступности изложения и прозрачности языка учебник может быть интересен в качестве «книги для чтения» для широкого читателя.Рекомендован Министерством образования РФ в качестве учебника для студентов высших учебных заведений.

Абдусалам Абдулкеримович Гусейнов , Рубен Грантович Апресян , Бенедикт Барух Спиноза , Бенедикт Спиноза , Константин Станиславский , Абдусалам Гусейнов

Философия / Прочее / Учебники и пособия / Учебники / Прочая документальная литература / Зарубежная классика / Образование и наука / Словари и Энциклопедии