Читаем Несвершенное полностью

Пожалуй, это было нехорошо, что Кэми порадовала его наблюдательность, потому что Джаред, казалось, относился очень настороженно к ее телу. И осознание такой обыденности, что он все-таки смотрит на нее, было приятно девушке. Она прильнула как можно ближе к его руке, обнимающей ее за плечи, впитывая телом все тепло, что он дарил ей.

— Кэми, может хватит уже думать о своем нижнем белье, — сказал Эш, испортив момент.

— Больше не буду, — заверила она его. — Но это серьезная проблема. Мне, в самом буквальном смысле, необходима поддержка.

«Я мог бы предположить, что ты такая забавная, потому что надышалась дыма, — раздался голос Эша у нее в голове, — но нет, ты же всегда так разговариваешь».

Кэми рассмеялась и почувствовала, как рука Джареда, обнимающая ее за плечи, напряглась, но он промолчал. Эш, должно быть, что-то такое почувствовал от кого-то из них (и это было так странно, что Эш был связующим звеном между ними, и что он в принципе был между ними), потому что тоже умолк, а немного погодя позволил Томо утащить его вперед, прочь от них.

Когда они дошли до городской площади, мать Кэми отстала, продолжая идти вслед за ними по мощеной улице. Камни под ее ногами были такими же темными, как те, что лежали под водой у речного русла. По ее бронзовым волосам скользили тени. Клэр бросила на Джареда не враждебный (она бы никогда не осмелилась выступить враждебно против любого из Линбернов), но настороженный взгляд, приправленный щепоткой страха.

— Я пойду, — сказал Джаред Кэми тихонько. — С тобой все будет в порядке?

— Как всегда, — ответила Кэми. Она испытующе посмотрела на лицо матери, потом взглянула на Джареда. — Скоро увидимся, зайчонок, — добавила она и, встав на цыпочки, прижалась губами к его губам. Ей удалось захватить всего лишь уголок его рта, небольшой изгиб улыбки на его губах.

— Зайчонок? — переспросил он. — Что б это было в первый и последний раз.

— Но я ведь так стараюсь, — сказала Кэми, — быть забавной и нелепой.

Она улыбнулась ему. Он не улыбнулся ей в ответ, и она не поняла почему, но Клэр уже взяла дочь за руку, чтобы Кэми могла опереться на нее и отпустить Джареда.

Прильнув друг к другу, и идя очень медленно, дочь и мать на какое-то мгновение затихли.

Наконец Клэр сказала:

— Еще недавно я так гордилась собой.

Кэми положила голову на плечо матери.

— Я и сейчас тобой очень горжусь.

— Это радует, — ответила мама. — Не знаю, какие чувства я сейчас испытываю, но этому я рада. — Она остановилась и несколько мгновений хранила молчание. — Я любила наш дом, — произнесла она очень тихо.

— Линберны дали нам этот дом, так как мы захотели служить им, — сказала Кэми. — Я тоже любила его, но он не наш. Я не была готова расплачиваться за это, и ты тоже, мам. Ни в коем случае.

Мама сомкнула пальцы вокруг запястья Кэми под рукавом кожаной куртки Джареда.

— Нет. Но я была готова заплатить эту цену ради вас, — сказала она. — За тебя и твоих братьев. Я бы заключила любую сделку, лишь бы вы были в безопасности.

— Я не хочу быть в безопасности, — сказала Кэми.

— Моя бесстрашная девочка, — сказала мама. — Я всегда хотела быть смелее. Иногда, мне кажется, что я заключила еще одну сделку, в которой оговаривалось, что я буду бояться в два раза сильнее, но вы — никогда.

— Я не смелая, — прошептала Кэми. — Порой и мне страшно.

— А мне всегда страшно, — прошептала мать в ответ.

Кэми отвела взгляд от лица матери, когда услышала тихий шорох.

По узкой, черной улице, мимо церкви, что-то двигалось. Не человек. Свет уличных фонарей, коснулся пестрого меха, отливающего на кончиках ворсинок серебром, и показал настороженные желтые глаза. Кэми с Клэр держались друг за друга и смотрели, как волк, бесшумно ступая, направляется к ним. Он посмотрел на них недобрым взглядом и прошел мимо Кэми, так близко, что она почувствовала, как густой мех задел тонкий хлопок ее пижамы. Животное могло вцепиться челюстями ей в лодыжку. Он мог бы прыгнуть на нее, сбить с ног и разорвать ей горло.

Он продолжал неуклонно двигаться, и они повернулись, чтобы держать его в поле зрения. Зверь пересек участок мостовой и подошел к тому месту, где под фонарем стоял его хозяин. Его волосы светились тем же ярким желтым цветом, что и глаза волка.

— Ты права, что боишься, Клэр, — сказал Роб Линберн.

Кэми призвала каждую каплю магии, которые, возможно, еще остались у нее. Это было похоже на ведро, упавшее в высохший колодец, которое с грохотом ударилось о стены и подняло со дна пыль. Пальцы ее матери сжались на запястье Кэми, причинив резкую боль, привлекая ее внимание.

— Не кричи, — пробормотала мама.

Кэми прекрасно все понимала. У Джареда и Эша не осталось магии, только у Лиллиан, но она была недостаточно сильна, чтобы уверенно противостоять Робу. Все остальные, папа, а что еще хуже, Томо и Тен, были беззащитны. Детей нельзя было подвергать опасности.

Она уже чувствовала тревогу Эша, бьющуюся об ее хрупкое хладнокровие, как таран в стеклянные двери.