Читаем Несколько часов полностью

– Я как-то слышал одну цитату Мартина Лютера Кинга: "До тех пор, пока человек не нашёл что-то, ради чего он готов умереть, он не готов жить".

Слава задумчиво разглядывал зажигалку. Прикурив, он произнёс:

– Наверное, каждый готов умереть за свою семью…

МЧ пожал плечами.

– Наверное, так. Как и миллион лет назад. Тысячи лет назад люди умирали за веру. Сто лет назад – за идеи. А теперь снова семья… Хотя, глядя на количество разводов, так и не скажешь!

– Это ты к чему?

– Да так, к слову. Люди думать разучились. Мечтать. Повывелись мыслители!

– Значит так надо! – тоном успешного бизнесмена сказал Слава. – Главное, чтобы без фанатизма.

– Это точно! Ну, давай тогда за это выпьем! Хотя, всё равно, невесело звучит…

– А ты хочешь, чтобы сразу в сказку? Так не бывает! Да и сказка с каждым днём выглядит всё менее привлекательно!

– Ты про великую американскую мечту?

– И чего тут великого?! Заработать миллион баксов? Разве это мечта?!

– Не скажи… Кому и мечта.

– Я вот таких мечтателей спрашиваю: "А куда ты потратишь свой, честно заработанный, тринадцатый миллион баксов?"

– А почему тринадцатый?

– Не знаю. Можно и семнадцатый. Разницы никакой. Простые числа в голову приходят.

– Тогда понятно. И что они тебе отвечают?

– Обычно ничего. Начинают там нести чушь про покупку квартиры, острова, яхты или чего-нибудь подобного. На что я им говорю – задача потратить, а не инвестировать. Ведь покупка недвижимости – это инвестиции, как ни крути. В общем, ни одного внятного ответа я пока не слышал. Оказывается, потратить миллион долларов не так просто. Фантазия нужна. А с этим у нынешних людей туговато.

– То есть деньги им не нужны? Может бездомным детям раздать?..

– Что ты?! Жадность всё побеждает. Просто я хотел им сказать, что, не зная куда эти деньги потратить, зачем тратить силы на их зарабатывание? Я недавно посмотрел фильм один, как изобрели эту систему, очень впечатлился. "The century of the Self" называется, Адам Куртис снял. Там показано, как из людей овец сделали…

Слава многозначительно посмотрел на МЧ.

– Суровый ты человек! – МЧ  поднял свой бокал.

– Жизнь такая…

МЧ негромко ухмыльнулся про себя.

– Что такое? – с любопытством уставился в его сторону Слава.

– Да так, мысль одна интересная в голову пришла… Про хитрые вопросы.

– Давай, мысль это хорошо. Как раз то, чего нам не хватает! – с нескрываемой иронией сказал Слава.

– Знаешь, что я подумал? Для тех, кто идёт в политику надо сделать тест. То есть не тест, а один проверочный вопрос.

– Какой?!

– Нужно ли легализовывать марихуану?

Слава разом оживился.

– Ну, ты даешь! Ты это к чему? Ты же вроде не…

– Да нет! Это не про меня! – на полуслове прервал его МЧ. – Я к тому, что это не самый важный для политика вопрос.  Но ответ на него дает очень хорошее впечатление о политических взглядах человека.

– Сомневаюсь я… Все ответят 'нет'.

– Важен не сколько сам ответ, скорее скрытая мотивация. Например, один скажет – наркотики вредны для здоровья, и поэтому должны быть запрещены. Но учёные уже доказали, что марихуана менее вредна, чем табак или алкоголь. Тогда следующий аргумент, что дети подсядут на наркотики и затем начнут употреблять более тяжелые препараты, типа героина. Ответ тут, что это не для детей. Так же, как и алкоголь. Дальше всё упирается в исторические и культурные аргументы, которые и не аргументы вовсе. Однако, если вопрос расширить и спросить, если не легализовывать, то что делать? Закрывать глаза?! Такой ответ вряд ли возможен для политика. Остаётся – бороться. То есть пользоваться правом государства на насилие. Ограничивать свободу личности. "Хочу курить травку – курю! Кому какое дело!" Это как у Шнурова: "Наркотики нельзя, но можно водку!". Подобное отношение порождает лицемерие. А неспособность государства решить проблему силовым путём порождает у населения сомнения в дееспособности государства.

Слава с интересом смотрел на МЧ, ожидая продолжения.

– Я сегодня разговаривал с одним американцем. Он упомянул борьбу с наркотиками в Мексике. Походу дела, несмотря на эпические масштабы происходящего, борьбу эту они проиграли. Да и не только мексиканцы, по ходу дела, все остальные государства тоже.

– И что ты предлагаешь?

– Не забывай! Я предлагал сделать из этого тест для начинающих политиков. Отделить адептов свободы личности от идеалистов, которые верят в способность человека отказаться от вредных привычек самостоятельно. Заботливых государственников, которые стремятся сделать всё для благоденствия населения, от товарищей в погонах, которые думают, что знают всё лучше всех, хотя, на самом деле…

– Интересный взгляд. Упрощенный только очень.

– В этом весь и смысл упражнения – не в ответе, а в процессе ответа!

– А ты бы как ответил? – прямо спросил Слава.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
50 знаменитых царственных династий
50 знаменитых царственных династий

«Монархия — это тихий океан, а демократия — бурное море…» Так представлял монархическую форму правления французский писатель XVIII века Жозеф Саньяль-Дюбе.Так ли это? Всегда ли монархия может служить для народа гарантией мира, покоя, благополучия и политической стабильности? Ответ на этот вопрос читатель сможет найти на страницах этой книги, которая рассказывает о самых знаменитых в мире династиях, правивших в разные эпохи: от древнейших египетских династий и династий Вавилона, средневековых династий Меровингов, Чингизидов, Сумэраги, Каролингов, Рюриковичей, Плантагенетов до сравнительно молодых — Бонапартов и Бернадотов. Представлены здесь также и ныне правящие династии Великобритании, Испании, Бельгии, Швеции и др.Помимо общей характеристики каждой династии, авторы старались более подробно остановиться на жизни и деятельности наиболее выдающихся ее представителей.

Наталья Игоревна Вологжина , Яна Александровна Батий , Валентина Марковна Скляренко , Мария Александровна Панкова

Биографии и Мемуары / История / Политика / Образование и наука / Документальное