– Судя по бардаку, в квартире что-то искали. Причем, если принять во внимание несколько разодранных книжек, распотрошенный альбом с фотографиями и вспоротого плюшевого мишку, – пытались найти небольшой, скорей всего плоский предмет.

Паспорт Базиля Корзинкина! Неужели бедную Майю убили из-за него?

– Как ты думаешь, – тихонько спросила я, – преступники обнаружили искомое?

– Кто же знает? – вздохнул приятель. – Надеюсь, что да.

– Почему?

– Потому что иначе мне придется предположить, что искомая вещица как-то попала к тебе в руки.

– Глупости, – испугалась я.

– А зачем ты ходила к Колосовой?

– Да не у нее была, а у сумасшедшей Алевтины Марковны. Давным-давно знаю женщину, сейчас она в глубочайшей отключке. Зашла проведать – увидела труп на балконе… Почему ее туда вынесли?

– Чтобы запах из квартиры не пошел, этаж последний, мало кому виден балкон. Надеялись, что милиция не сразу обнаружит труп. Почему назвалась Ольгой?

– Сдуру, испугалась очень, вечно в истории вляпываюсь.

– Это точно, – вздохнул Александр Михайлович, – ну ладно, спрошу у старушки, знает ли она тебя.

«Спроси, спроси, толстячок, – ухмыльнулась я про себя, наливая чай, – бабулек совсем плохой, то-то повеселишься».

Глава шестнадцатая

Хорошее настроение покинуло меня, стоило только оказаться в одиночестве в своей спальне. Бедная, бедная Майя. Так страшно закончить тяжелую, полную невзгод жизнь. Неужели несчастную убили из-за паспорта Корзинкина? Может, если бы я принесла ей сумку и заставила вернуть, Колосова осталась бы жива? Хотя вряд ли. Что же получается? Лола каким-то образом вычислила, кто украл ридикюль, и прислала к Майе киллеров? Ай да хозяйка «Альбатроса»! А что, если все рассказать полковнику? Ага, он сразу арестует Лолу, и я не найду Базиля. Лола же быстренько от всего откажется. Паспорт-то я получила от брачного афериста, кроме него, свидетелей не было.

А вдруг искали не паспорт, вдруг вообще все не так? Господи, лже-Корзинкин, брачный аферист, сказал мне, что обыскал крохотную квартирку, пока Майя спала. Еще сетовал на крайнюю нищету «объекта» – ни цепочки, ни колечка, ни денег. Небось он обшарил все щели в поисках добычи. Там места немного, двух часов с головой хватит. Значит, все-таки паспорт.

Я открыла окно и осторожно закурила, стараясь, чтобы пахучий дым тут же отправлялся в сад. Домашние не курят и гневным хором обличают мою слабость.

Стало холодно. С неба посыпались снежинки. Зима стоит у порога, скоро ударят морозы… Лола! Неожиданно женщина становится главным действующим лицом. Просто повезло, что она не захотела со мной разговаривать. Итак, сначала разложим информацию по полочкам.

Дед Прохор говорил, что к нему приходил внук Трофима Алексей Никитин. А убитого издателя звали именно так, может, это он и был? Проверить просто – есть адрес, съезжу поговорю. Интересно, сохранился ли клад? Кто вытащил его из тайника? Куда подевался Базиль? Как он живет без паспорта? Или…

Лоб покрылся мелкой испариной, и руки противно задрожали. В первый раз в голову пришла самая простая мысль: Базиля могли убить. Тогда кто и где труп? Небось Лола знает ответы на вопросы, но как разговорить ее? Впрочем, может, свет на судьбу Корзинкина прольет таинственная спутница? Только где найти девушку, не зная ни имени, ни фамилии. В руках лишь зонтик да книга.

Я повертела томик Маркеса. На первой странице стоял штамп «Библиотека ь 3467». Отлично, тоненькая, но все же ниточка.

На следующий день спустилась к завтраку около десяти. Ольга сидела с неприступным лицом, судя по ее виду, невестка продолжает злиться.

– Заинька, – завертела я хвостом, – что-то ты так похудела, просто невероятно.

Ольга постоянно сидит на диете и ощупывает бедра в поисках целлюлита. В любой другой день подобная фраза привела бы девушку в восторг, но только не сегодня.

Зайка встала и ледяным тоном отрезала:

– Не подлизывайся, все равно не верю.

Глядя, как она выплывает из столовой, с трудом сдержала негодование. Тоже мне Станиславский нашелся! Не верю!

Решив пойти сначала по более легкому пути, принялась искать библиотеку. Нашлось книгохранилище на краю света, в милом микрорайоне Дегунино. Добиралась туда почти полтора часа. С неба валила ледяная каша, серые тучи обступили город, пришлось среди бела дня включить фары. Наконец доплюхала до семиэтажного блочного дома и спустилась в полуподвальное помещение.

Сердитая тетка с лицом учительницы математики довольно резко спросила:

– Что хотите?

Интересный вопрос для библиотекаря, полкило колбасы, конечно. Но, решив не злить неприступную даму, я изобразила самую сладкую улыбку и, протягивая книгу, проблеяла:

– Вот, сдать хочу.

– Имя, фамилия, срок?

Ну и ну, как в тюрьме, при чем тут срок?

– Быстрей, – поторопила тетка, – какой срок?

«Семь лет с конфискацией», – пронеслось в голове, но вслух, естественно, произнесла другие слова:

– Простите, не понимаю.

– О боже, – вздохнула библиотекарша, – ладно старухи забывают, но вы-то вроде еще в своем уме, неужели трудно число запомнить.

– Какое? – оторопела я.