Читаем Нерв (Стихи) полностью

Вцепились они в высоту, как в свое. Огонь минометный, шквальный Но снова мы лезем, хрипя, на нее За вспышкой ракеты сигнальной. Ползли к высоте в огневой полосе, Бежали и снова ложились, Как будто на этой высотке все-все Дороги и судьбы скрепились. И крики "Ура!" застывали во рту, Когда мы пули глотали. Шесть раз занимали мы ту высоту, Шесть раз мы ее оставляли. И снова в атаку не хочется всем, Земля - как горелая каша. В седьмой - мы возьмем ее насовсем. Свое возьмем, кровное, наше. А может, ее стороной обойти. Да что мы к ней так прицепились?! Но, видно, уж точно все судьбы-пути На этой высотке скрестились. Все наши деревни, леса, города В одну высоту эту слились. В одну высоту, на которой тогда Все судьбы с путями скрестились.

АЛЬПИЙСКИЕ СТРЕЛКИ

Мерцал закат, как блеск клинка, Свою добычу смерть искала. Бой будет завтра, а пока Взвод зарывался в облака И уходил по перевалам. Отставить разговоры. Вперёд и вверх, а там - Ведь это наши горы, Они помогут нам. Они помогут нам! А до войны вот этот склон Немецкий парень брал с тобой. Он падал вниз, но был спасен, А вот сейчас, быть может, он Свой автомат готовит к бою. Отставить разговоры. Вперёд и вверх, а там - Ведь это наши горы, Они помогут нам. Они помогут нам! Ты снова здесь, ты собран весь. Ты ждешь заветного сигнала. А парень тот - он тоже здесь, Среди стрелков из "Эдельвейс". Их надо сбросить с перевала. Отставить разговоры. Вперёд и вверх, а там-  Ведь это наши горы, Они помогут нам. Они помогут нам!

РАССТРЕЛ ГОРНОГО ЭХА

В тиши перевала, где скалы ветрам не помеха, помеха, На кручах таких, на какие никто не проник, никто не проник, Жило-поживало весёлое горное, горное эхо. Оно отзывалось на крик, человеческий крик. Когда одиночество комом подкатит под горло, под горло, И сдавленный стон еле слышно в обрыв упадет, в обрыв упадет, Крик этот о помощи эхо подхватит, подхватит проворно, Усилит и бережно - в руки своих - донесет. Должно быть, не люди, напившись дурмана и зелья, и зелья, Чтоб не был услышан никем громкий топот и храп, топот и храп, Пришли умертвить, обеззвучить живое, живое ущелье, И эхо связали, и в рот ему всунули кляп. Всю ночь продолжалась кровавая злая потеха, потеха, И эхо топтали, но звука никто не слыхал, никто не слыхал... К утру расстреляли притихшее горное, горное эхо, И брызнули слезы, как камни, из раненых скал... И брызнули слезы, как камни, из раненых скал...

РАЗВЕДКА БОЕМ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Сияние снегов
Сияние снегов

Борис Чичибабин – поэт сложной и богатой стиховой культуры, вобравшей лучшие традиции русской поэзии, в произведениях органично переплелись философская, гражданская, любовная и пейзажная лирика. Его творчество, отразившее трагический путь общества, несет отпечаток внутренней свободы и нравственного поиска. Современники называли его «поэтом оголенного нравственного чувства, неистового стихийного напора, бунтарем и печальником, правдоискателем и потрясателем основ» (М. Богославский), поэтом «оркестрового звучания» (М. Копелиович), «неистовым праведником-воином» (Евг. Евтушенко). В сборник «Сияние снегов» вошла книга «Колокол», за которую Б. Чичибабин был удостоен Государственной премии СССР (1990). Также представлены подборки стихотворений разных лет из других изданий, составленные вдовой поэта Л. С. Карась-Чичибабиной.

Борис Алексеевич Чичибабин

Поэзия