Но интереснее даже другое. Призывая весь мир спасти евреев от ужасов русского антисемитизма, авторы писали вот что: «Иностранцы читают Достоевского и утверждают, что благодаря ему они в состоянии понять русскую душу. Но Достоевский не осветил одну весьма существенную сторону русской души… которая всегда заставляет евреев быть настороже, так как эта сторона неизменно направлена против них. В огромных глубинах душевных лабиринтов русской души обязательно сидит погромщик. Большое ли он занимает место или маленькое, – дело индивидуальное, но факт его существования остается фактом…

Сидит, притаившись, а временами выходя наружу, во всем своем обличии. Сидит там также раб и хулиган. О рабской натуре русской души мало писали, ошеломленные всем треском русских военных побед и примерами храбрости… Однако я знаю, что такое русский характер на практике. А это проявляется в принципе «Сильного бойся, а слабого бей»[260].

Естественно, эти визгливые неудачники, записные борцы с антисемитами – просто подарок для всех и идейных, и платных врагов России. И для любой спецслужбы, цель которой – сеять в России смуту. Не буду углубляться в тему, но хорошо известно, какую темную и мрачную роль в крушении СССР сыграли так называемые «диссиденты» еврейского происхождения.

Перспектива

Конечно, разноязыко лопочущее племя международных неудачников никуда не исчезнет. Но вероятно, в ближайшие десятилетия их число все же пойдет на убыль. Кто хотел бежать из России – уже бежал. Постепенно эти беглецы и их потомки ассимилируются в новых странах своего проживания, в том числе и в Израиле. Конечно, новые витки ассимиляции породят новых неудачников, неуспешных ассимилянтов, но вряд ли в таких же масштабах, как стремительное изменение жизни 5–6 миллионов ашкенази в начале XX века.

Все, кто захотел остаться в России, уже остался.

Евреи и сейчас живут в России? Не совсем…

Есть в России такая организация: «Союз потомков русского дворянства». Это очень верное название, потому что дворян уже давно нет, но потомки-то их никуда не девались. Так же и здесь – евреев ашкенази нет, но потомки польско-русских евреев есть. Сегодня евреев в России кучка. В основном это люди с большей или меньшей примесью еврейской крови.

Точно так же в России живут и немцы… вернее – потомки немцев. Автор этой книги – один из них, но немецкая кровь деда и прадеда немцем меня не делает. Есть память об истории семьи – и только. Россия пережила русско-немецкий период своей истории и пошла дальше. Немецких заповедников в России больше нет, и немецкого засилья тоже нет. И привилегированного положения немцев нет. «Русские немцы», а точнее, их потомки, вроде автора – исчезающе малый процент населения, ничем не отличающийся от всех остальных, кроме как памятью о судьбе прадедов и прабабок.

Так и с евреями ашкенази. Нет ни пояса еврейских местечек, ни особого положения евреев времен первого двадцатилетия СССР, ни даже своего языка, особых обычаев и привычек.

Среди моих сверстников еще есть чистокровные евреи… которые все глубже погружаются в русское море. Но через тридцать лет мы будем всего-навсего старики, а старшее поколение вымрет уже окончательно. Евреям суждено все больше растворяться в России. И все меньше отличных от этнических русских.

Трагично ли это? Не очень… Это означает всего лишь, что завершился еще один, русско-еврейский период истории России.

Вместо заключения. Компрадорская Россия XXI века

Как тот, безумный вождь мечтал.

Не случайно именно в 1979 году первый секретарь Свердловского обкома Борис Ельцин получил приказ взорвать дом купца Ипатьева: место смерти царской семьи стало местом паломничества тысяч и тысяч людей. Раньше не было, а теперь стало.

К рубежу 1980-х годов, как было уже не один раз, в России начался подьем национального сознания. Быть монархистом стало так же престижно, как иметь иконы в красном углу и как происходить от нормальных людей, а не от «строителей светлого будущего».

Тогда началось духовное возвращение к России. Осознание себя если и советскими – то все же еще и русскими. Настала «перестройка» – и словно силы преисподней вдруг выплеснулись на поверхность земли! Но шизофренический визг про то, что «патриотизм – последнее прибежище подонка» и что Россия – страна дураков, вызывал в основном некое брезгливое недоумение.

Те, кто называл себя русскими в 1970–1980-е, не были тождественны тем, имперским русским старой России. Это, по сути, уже другой этнос. Тем не менее этот русский народ все больше осознавал и продолжает осознавать себя преемником русского «дореволюционного» народа, наследником «дореволюционной» России.

Значит ли это, что будущая Россия уже никогда не будет компрадорской? Нет, не значит! Я не буду подробно развивать эту мысль, для нее потребуется отдельная книга. Но нет ведь ничего нового в том, что кавказские диаспоры играют в современной России несоразмерно большую роль.