Читаем Непослушание полностью

Толпа расступилась и я нашла то, что искала. Ростом порядка метр девяносто с широкими плечами и узкой талией. Он был прекрасен. Он посмотрел в моём направлении, и я оценила чёрные волосы и оливкового оттенка кожу, которые придавали ему экзотический вид. Я улыбнулась в предвкушении. Ты прекрасно подойдёшь.

Я подошла к нему, и никто из нас словом не обмолвился, когда я взяла его за руку и повела на танцпол. Прижавшись спиной к его груди, я подняла руки над головой и начала двигаться. Он накрыл ладонями мои бёдра и потёрся об меня в сексуальном танце, который распалил жар во всех нужных местах моего тела.

К концу нашего третьего танца, мне и не надо было чувствовать его возбуждение, чтобы понять, что он запал на меня так же, как запала я на него. Я чувствовала запах похоти, волнами исходивший от него. Мы всё ещё ни словом не обмолвились, но потребности в словах и не было. Я хотела его, он хотел меня.

Я развернулась в его руках и прильнула достаточно близко, чтобы губами коснуться его уха. Мммм. Пах он шикарно.

— Не хочешь свалить отсюда?

— Я думал ты никогда не спросишь, — ответил он глубоким хриплым голосом, от которого по мне пробежала дрожь.

Я взглянула в сторону Мейсона и обнаружила, что он всё ещё стоял у бара и разговаривал с Эмили. Улыбнувшись, я подняла глаза на своего компаньона.

— Никуда не уходи. Я должна сказать другу, что ухожу.

Мейсон прожужжит мне все уши за то, что заставила его пойти с собой, а потом кинула. Но я предложу в качестве компенсации сходить с ним и позаниматься серфингом на неделе. Я уже несколько раз пробовала, и серфинг оказался довольно прикольным занятием. Я была калифорнийской девчонкой до мозга костей.

Я едва сделала два шага, как в меня врезалась девушка и вылила содержимое стакана на моё платье. Я выругалась. Розовое пятно растеклось по белому материалу.

— Ох, чёрт! Мне так жаль, — несвязно пробормотала она.

Отмахнувшись от неё, я поспешила в сторону дамской комнаты. Надо было попробовать исправить ситуацию. Я миновала небольшую очередь у входа, и несколько дамочек начали возмущаться, пока я не повернулась к ним и они не увидели моё платье. Они пропустили меня вперёд. Хотя вряд ли я смогу чем-то помочь своему платью. Потребуется профессиональная химчистка, чтобы вывести это пятно.

Я схватила несколько бумажных полотенец и начала промокать жидкость, едва ли обращая внимания на людей вокруг меня. Все мои мысли были о мужчине, ждущем меня, и как я планировала провести остаток ночи. То, как он прижимал меня к себе, да и его неспешные движения, говорили мне, что он был хорош не только в танцах, и я с нетерпением ждала момента, когда мы останемся с ним наедине.

В одной из кабинок кого-то начало рвать, и этот звук вырвал меня из приятных мыслей. В зеркале я встретилась взглядом с девушкой, стоявшей у соседней раковины. Она плотно сжала губы, и вид у неё стал немного болезненный. Она быстро закончила мыть руки и поспешила прочь. Я вернулась к очистке платья. Я видела и слышала куда более худшее, чем блюющую пьяную девушку.

— О, Боже мой. Что за запах? — кто-то с трудом выдавил из себя за секунду до того, как меня окружила протухшая вонь.

Я сморщила нос и скривилась. Меня едва не стошнило от гнусности, которая пахла как смесь канализации и крови.

Двери кабинки распахнулись, и женщина побежала к двери уборной, даже не остановившись, чтобы помыть руки. В мгновение ока я оказалась одна в помещении. Ну, точнее, я и та бедняжка, которую до сих пор тошнило.

— Эй, ты там в порядке? — позвала я, посчитав, что кто-то же должен проверить как у неё дела.

Она застонала и начала рыдать, прерываясь на приступы тошноты. Я уставилась на её голые ноги, видневшиеся из-под дверцы кабинки. Я ломала голову как же поступить. Если не считать единственного случая с Сарой, в моей жизни редко встречались больные люди. Я накрыла нос рукой. Разве нормально, что запах такой жуткий?

Женщина начала издавать рыгающий, удушливый звук. Испугавшись, что она может умереть там, я постучала в дверцу кабинки.

— Эй, ты?..

Мой вопрос был прерван звуком — что-то громко плюхнуло в воду в унитазе. И этот звук вызвал у меня небывалую тревогу. А потом из кабинки раздался чавкающий плещущийся звук.

— Какого хрена?

Девушка тяжело сползла на пол. Наклонившись, я схватила её за ногу, которая теперь торчала из-под дверцы, и вытащила девушку. Её темные волосы прилипли к лицу, а зелёно-чёрная слизь покрывала рот и красное платье. Слизь оставила след на полу и вблизи пахла ещё хуже, если такое вообще было возможно. Я проверила пульс на шее девушки, и он оказался нитевидным. Она была жива, но едва.

Из туалета раздалось ещё больше всплеска. Не надо было быть воином, чтобы понять, что девушка отрыгнула нечто, что двигалось само по себе, и это было очень плохо.

Я потянулась за своим клатчем на раковине и, вытащив телефон, отправила сообщение Мейсону.

«В туалете проблема. Человек атакован. Вызывай подмогу».

Его ответ поступил через тридцать секунд.

«Уже иду».