Читаем Непобедимый Боло полностью

Он продолжал подниматься. Из-под воды появились нос и уши. Как только они очистились от воды и грязи, стал слышен отдаленный громоподобный рев Сейбра.

Он впервые вдохнул полной грудью и закашлялся, стараясь кашлять как можно тише. Кашель был вызван дымом от тлеющего угля и серы. Он постарался найти положительные моменты ситуации: все-таки это было не то поле боя, где Боло прошли сквозь строй пехоты. Он помнил это поле со времен своей зеленой молодости. Больше всего ему запомнился запах. Так много людей было разорвано на такие мелкие кусочки, что пахло даже не горелым мясом, а жженой кровью. Запах из старой воронки оживил это воспоминание — он почувствовал тошноту.

Уже на протяжении столетий Боло не используют дизелей, а звучат все так же. Он знает этот звук по старым историческим фильмам. Может быть, он использовался как средство устрашения?

Свен Тодд вылез из воды и прилепил на ногу медицинский пластырь. Ощущение, как будто мышца оторвана. Он перевел дыхание, когда боль наконец стала утихать под воздействием содержавшихся в пластыре медикаментов. Затем он проверил набор инструментов, пластмассовую оболочку своего драгоценного груза, рацию, все еще прикрепленную к поясу, наконец вытащил из грязи винтовку и прочистил ствол. Она может пригодиться против несси. Память подсунула ему картинку, древнее плоское фото: днище танка, снятое парнем, сидящим в окопе. Они смогли извлечь фотокамеру из его тела, как мимоходом сообщал сопровождающий текст. Свену не хотелось, чтобы подобного рода зрелище было последним, что воспримут его глаза.

Голова была подозрительно затуманенной, мысли путались, его знобило. Высокая температура? Вряд ли, скорее шок и паразиты из болотной грязи. Не забыть проверить эту чертову деталь, стабилизатор тяги. Иловые блохи жрут дюраплас с большим аппетитом. Иловые блохи были почти прозрачными жучками размером с булавочную головку. Надеюсь, они доставят Зи-Шань много приятных минут. Мы рассовали в оборудование предостаточно пакетов с блохами.

Он похромал к зарослям красноватых кустов, стараясь увеличить расстояние между собой и тлеющим леском. По возможности нужно было удалиться и от Кей-Сейбра, рычание которого затихало в северном направлении.

Было уже поздно, когда он остановился на отдых. Хотелось просто скинуть с себя все, но он осторожно опустил багаж на землю. Четыре чертовых кило. И инструменты, и чертова винтовка. Ох, спина! Груз был не столько тяжел, сколько неудобен, острые края въедались при ходьбе в мышцы спины Он опрыскал упаковку средством против иловых блох, подлатал обтрепанные края. Надолго не хватит.

Солнце опускалось. Стали появляться ночные птицы, охотившиеся на всякую летучую живность. Он чуть улыбнулся, вспомнив Джорджа, хлопнувшего четырехдюймового кровососа: «Аве Император», пробормотал он. Джордж был помешан на истории.

Он все больше разговаривал с собой, стараясь заговорить боль в костях, дрожь, сотрясавшую тело. Озноб. Еще час, и солнце сядет. У Нью-Ньюфа не было лун, здесь будет темно, как в заднице.

Икра горела, как будто ее прижигали огнем. Иловые блохи ели и медицинский пластырь. Он разлохматился, длинные полоски свисали, как отслоившаяся кожа; рана снова открылась. Пара пиявок висела с краю. Он посолил их, и они отлипли, точнее, дали себя снять. Черт! У него оставался еще один, последний пластырь. Остальные были у Джорджа.

Свен прижал к ране оставшийся пластырь и облегченно зашипел: боль уменьшилась. Нужно было перебрать винтовку, если он собирался ее использовать. Он засомневался, нужна ли она ему вообще, у него оставалось всего четыре патрона. Иногда и один-единственный полезен.

Последним пеленгом LRS был запад. Мне нужна его аптечка. Потом ремонт, и мы сумеем отравить жизнь этим Шань.

— Четыре миллиона пятьсот тысяч тонн частично обогащенной руды, включая этот шаттл. — Джеймс Ланг говорил тихо, глядя на экран перед собой. Информация поступала через сенсоры Темучина, патрулировавшего зону погрузки. Он следил за тем, как загружали последний шаттл, потом поднял голову и взглянул в окно. Верхняя треть пятидесятиметрового шаттла виднелась поверх городских зданий. Слабый дождь барабанил по окну, размывая картину. Каждый шаттл мог вывезти на орбиту, где ожидал мегатонный грузовик, до ста пятидесяти тысяч тонн. Он снова повернулся к экрану. Погрузка подходила к концу.