Читаем Непарад полностью

Вышел, прищурившись, на свет, чуть задержал шаг, давая глазам привыкнуть к солнцу. Конвоиры стоят впереди, опершись на берданки, дымят: один трубкой-носогрейкой, второй - солидных размеров 'козьей ножкой'. Болтают про какую-то Глашку-дуру, почти не глядя по сторонам. Начальства рядом нет, работяги - в кандалах, утреннее солнышко ещё не жарит, а ласково пригревает задубелые на воздухе лица... Хорошо им? Хорошо!

Всё, амба! Решаюсь. Сильнее налегаю на рукояти, разгоняя гружёную тачку. Со всей дури толкаю её под колени охраннику с цигаркой, выкинув вперёд скованные руки, хватаюсь за ремень 'бердана'. Рывок на себя, сам прыгаю влево. Второй прыжок туда же, быстро перебирая ногами, слетаю с насыпи. Ещё метров пять - и сигаю со всей дури вниз по крутому склону, поросшему кустами и кривыми чинарами. Сзади бахает выстрел, но пули не слыхать.

Мчусь вниз, то бегом, то кувырком. Проскочил дважды сквозь какие-то кустарники, исцарапан от морды до задницы. Винтарь в руках мешает бежать, цепляется за всё, что можно. Кажется, сверху меня уже не должно быть видно, хотя ещё три или четыре выстрела звучат вразнобой. Слава богу, 'берданы' охранников - ни разу не 'калаши', палить-то с них просто, а вот попасть в бегущего, да ещё в горах, где есть перепад высот от стрелка до цели - это надо ещё суметь. Они не сумели.

Оказавшись на дне заросшего ущелья, я часа три на сплошном адреналине выбирался в долину. Найдя то ли мелкую речку, то ли широкий ручей - не разбираюсь я в горных реалиях - версты полторы-две пёр, как танк-амфибия вниз по течению. Конечно, собак у лагерной охраны нет (недоработочка им, с занесением в диафрагму!), но могут и позаимствовать у кого-нибудь. Видал я краем глаза волкодавов у здешних пастухов - ВНУШАЮТ. Не хочется с такими связываться. 'Друзья человека', блин... Кому друзья, а кому...

Выбившись из сил, я свалился здесь же, под берегом, в яме от вывороченного дерева. Прижал к себе винтовку - и ОТРУБИЛСЯ. Как будто в полночь в ярко освещённой комнате вырубили свет. И судя по тому, что вокруг ни искорки - во всём городе ТЕМНОТА...

Конец книги