– В таком случае почти весь мой гардероб – легкомысленная трата денег, поскольку я никогда не надеваю одно платье больше одного раза.

Он нахмурился:

– Я слышал, что американцы тратят на свой гардероб целое состояние. Тысячи…

– Двадцать тысяч, если быть точным.

– Фунтов стерлингов?

– Долларов. А хочешь, я буду изображать Покахонтас,[1] а ты – Джона Смита? Вволю насмеемся.

– Не вижу в этом ничего смешного. Совсем наоборот. Предпочитаю выглядеть английским аристократом, который пришел на бал со своей женой.

– Неужели у тебя совсем нет фантазии?

– Поверьте, сударыня, вы не захотели бы, чтобы я рассказал вам о своих фантазиях.

– Ты очень скрытный. Может, ты мечтал стать пиратом? Или ковбоем? Солдатом? Признайся, и я позабочусь, чтобы у тебя был соответствующий костюм.

Майкл посмотрел на жену. И Кейт затаила дыхание.

– Твоим возлюбленным, – произнес наконец Фолконридж. – Ради этого я могу появиться на балу совершенно голым.

Кейт вспыхнула. Совершенно голым? Чтобы стать ее возлюбленным? Уэсли никогда не прибегал к подобным крайностям.

– Возможно, нам следует нарядиться принцем и принцессой Уэльскими.

– Ты уверена? Если мы станем возлюбленными, это будет вызовом.

Он насмехался над ней. Подняв глаза, она встретила его взгляд.

– Я над этим подумаю.

Глава 13

– О, Джиневра! Как это весело, Кейт! А как твой маркиз? Он будет Артуром или Ланселотом?

Кейт и. Фолконридж прибыли в Лондон накануне вечером, так что Кейт вместе с сестрой целый день наносила визиты, а потом помогала ей в приготовлениях к балу.

– Думаю, Фолконридж придет без маскарадного костюма.

– Что же это будет за веселье?

Они находились в спальне Кейт, занятые подготовкой костюмов. Фолконридж должен был прийти в дом ее родителей вечером. В том, что мужья и жены приходят отдельно, не было ничего необычного. Однако Кейт не ожидала, что будет испытывать досаду из-за того, что они не появятся вместе, за руку. Ведь это было их первое появление в обществе после свадьбы. Что подумают окружающие? Что маркиз не любит супругу? Кейт не могла понять, почему для нее так важно чье-то мнение.

– Моего мужа совершенно не интересует веселье.

– О Боже! – Дженни взяла сестру за руку и посмотрела ей в глаза: – Ты очень несчастна?

– Не очень. Я просто несчастна.

– Расскажи мне, что происходит.

– Говорить, в общем, нечего. Он просто не проявляет ко мне интереса. Мы обедаем вместе, но в наших разговорах нет ничего важного. Каждый вечер он приходит ко мне в спальню и объявляет цвет. Я качаю головой, и он желает мне доброй ночи.

– Цвет?

Кейт рассказала о своей первой брачной ночи.

Дженни рассмеялась:

– Почему же ты сказала, что была рада…

Кейт пожала плечами:

– Не хотела говорить, что отправила его прочь.

– Он считает, что если угадает твой любимый цвет, ты упадешь в его объятия?

– По всей видимости.

Дженни расхохоталась:

– Забавно!

– Скорее, печально. – Кейт тоже рассмеялась. – Он называет цвета, о которых я никогда не слышала.

– Следует отдать ему должное за попытки.

Кейт перестала смеяться.

– Нужно ли? Должна ли я?

– Думаю, это было бы очень мило.

Слово «мило» не ассоциировалось у Кейт с Фолконриджем.

– Он ищет легкого пути в мою постель.

– Он так красив, что на твоем месте я бы усыпала его дорогу лепестками роз.

– Одной лишь страсти для меня недостаточно, Дженни. Я знала любовь. И снова хочу полюбить.

– Ты не можешь заставить себя полюбить, Кейт. Чувства возникнут быстрее, если ты пустишь его в постель.

– Я не могу представить физической близости, когда сердце молчит.

– Ты начиталась романов, а они не имеют ничего общего с жизнью.

– Я с тобой не согласна. Женщина заслуживает вечной преданности мужчины.

– Об этом мы уже с тобой говорили.

– И я всегда побеждала.

– Нет!

Кейт улыбнулась. Общение с Дженни всегда поднимало ей настроение.

– Ты выполнила мою просьбу и побывала в ювелирном магазине?

– О да! – Дженни вскочила и направилась к своей шкатулке с ювелирными украшениями. – Здесь нет фамильного герба или чего-нибудь в этом роде. – Она протянула кольцо Кейт.

Это было тяжелое кольцо, казалось, золото вплетено в него. В некоторых местах оно потерто. Сколько предков его надевали?

– Он не удивится, когда ты вернешь ему кольцо?

– Не уверена, что я это сделаю.

– Почему?

– Он скрыл от меня, что продал его. И вряд ли хотел бы, чтобы я об этом узнала. Он слишком гордый и почувствует себя оскорбленным.

– Похоже, брак – штука сложная.

– Скоро сама в этом убедишься. Как идут твои дела с герцогом?

– Он будет в наряде сэра Уолтера Роли. Должна ли я позволить ему вскружить себе голову?

– Больше не было вестей от Рейвенсли?

– Я не хочу о нем говорить.

– Это не ответ.

– Его не будет сегодня вечером, так что это не играет роли. Джереми будет в костюме банкира с Уолл-стрит. Он почти такой же скучный, как твой муж.

– Полагаю, было бы интереснее, если бы банкиром нарядилась я.

– Ты можешь стать банкиром в жизни, если вспомнить условия, на которых договорился отец.