Читаем Неорационализм полностью

Я полагаю, что к рассматриваемой проблеме имеют от­ношение три свободы, которыце войдут в интегральную меру с весовыми коэффициентами, соответствующими их значи­мости: свобода печати разглашать государственную секретную информацию (я подчеркиваю — не вообще «свобода печати», а именно свобода разглашать секретную государственную информацию, хотя она и часть от вообще «свободы печати»), свобода правительства осуществлять закрытые заседания и национальная свобода Израиля. Я не собираюсь одним ша­манским завываниям о свободе противопоставить другие такие же: конечно, утечки секретной информации не уничто­жают национальной независимости Израиля непосредствен­но. Но в силу реальности, в которой мы живем, они увели­чивают вероятность утраты ее. В какой мере, а также, в какой мере разрешение «утечек» влияет на интегральную ме­ру свободы общества, предоставляю мнению читате­ля. Во всяком случае, выводы следует делать с учетом всех обстоятельств, определяющих проблему и уж, по крайней мере с учетом всех свобод.

Приведу еще примеры возможного приложения модель­ного подхода к анализу конкретных ситуаций, связанных со свободой.

Наибольшее, причем огромнейшее количество спекуляций на слове свобода совершается в наши дни в сфере, связан­ной с половой моралью. Когда нас убеждают в необходи­мости отмены запрещения проституции, гомосексуализма, лесбиианства и порнографии, то помимо таких аргументов, как общественная полезность (в случае проституции, в соот­ветствии с высоко популярным учением Фрейда) и гуманйность (в отношении к бедным пидорам и лесбианкам) главным является аргумент свободы. При этом постоянно и настоя­тельно подчеркивается, что предоставление свободы прости­туткам, извращенцам и порнографии ничьей другой свободы не стесняет и таким образом, в терминах нашей работы, может только увеличивать интегральную свободу общества. Не останавливаясь на том, что даже интегральная свобода не является единственным или абсолютным критерием для решения любых общественных проблем, и не исследуюя воп­роса, возрастает ли в действительности интегральная свобо­да от вышеупомянутых разрешений, я хочу лишь подчерк­нуть, что заявление: «никакие иные свободы при этом не ущемляются» просто ложь, основанная на пренебрежении к этим последним, и непонимании того обстоятельства, что между различными свободами в обществе существует связь. Наиболее ярким примером связи и даже противостояния свобод в сфере половой морали, является взаимоотношение свободы насильника насиловать и, свободы женщин отда­ваться по своей воле. Правда, никто нигде законодательно не разрешал изнасилование, но мы знаем, что ограничения на свободу обуславливаются не только законом, но также и принятостью и опасностью и т. д. Распространенность же изнасилования, а следовательно и его опасность безусловно возросли с распространением проституции, порнографии, все­дозволенности и половых извращений. Вот, например, в од­ной из передач по израильскому телевидению (от 29.6.79) сообщалось, что за минувший год обратились в полицию по поводу изнасилования 300 женщин. Также сообщалось, что, согласно исследованиям, обращается в полицию лишь 10% изнасилованных. Приняв эти данные за среднегодовые, при­няв средний возраст насилуемых за 20 лет и приняв, что 20 лет назад естественный прирост населения в Израиле был 40 тыс. (из которых 20 —женщины) получим, что 15% жен­ского населения Израиля изнасилованы, так что для изра­ильской женщины такое ограничение на ее свободу, как опасность изнасилования, никак уж не является пренебре-жимым, о чем свидетельствуют и призывы полиции к жен­щинам избегать езды в попутных машинах и т. п.

Мне могут возразить, что изнасилование существовало всегда. Всегда, всегда, да не всегда в таких масштабах,1 как сейчас. Я не располагаю по этому поводу детальной статис­тикой и не знаю, существует ли она вообще, но я знаю, что невозможно убедить человека, прожившего жизнь в Совет­ском Союзе, что распространенность изнасилования там, ска­жем 30 лет назад была такая же, какой она стала 7—10 лет назад, после того, как упомянутая «новая ментальность» по­бедно прокатилась по Союзу, несмотря на формальное со­хранение «коммунистической морали». Аналогично невозмож­но убедить израильтянина, что положение в этом смысле, было такое же 30 лет назад, как сейчас. То же будет при сравнении современной Америки с Америкой времен, скажем, Марк Твена и т. д. и т. д. Вышесказанное опровергает и еще одно возможное воз­ражение, а именно, что рост изнасилований и следовательно соответствующей несвободы для женщин не связан с рас­пространением свободы проституции, порнографии и т. п. и более того, мол, наличие проституток и легкодоступных жен­щин уменьшает количество изнасилований. Мы видим, что статистическая корреляция опровергает это возражение (а заодно и посылку Фрейда и фрейдизма, что сексуальная сво­бода должна привести к уменьшению насилия вообще).