Всем в Новом Орлеане было отлично известно о подвигах Джулиана, которые он совершил, защищая свою честь. У него было три дуэли — и все три закончились смертью его противников. И не то чтобы он гордился этим, совсем нет! Но когда речь идет о чести, тут уж ничего не поделаешь. Первым из этих бедняг был молодой повеса, решивший сплутовать в карты и отказавшийся признать свою вину, хотя Джулиан поймал его с поличным. Другой — не в меру пылкий итальянец, обвинивший Джулиана в том, что тот решил поволочиться за его возлюбленной. И наконец, третий — какой-то наглец, имевший неосторожность оскорбить его. И ни разу за все это время не случалось так, чтобы вызов бросал Джулиан! Наоборот, все три раза он сделал все возможное, чтобы закончить дело миром.

И все три раза был вынужден убить своего соперника.

— Проклятие! — прорычал он.

История повторяется снова. С угрюмой усмешкой он припомнил разговор с секундантом молодого Бруссара, прыщавым конторщиком из гостиницы его отца.

— Месье Бруссар вовсе не заинтересован в том, чтобы решить дело полюбовно, — заикаясь от страха, лепетал конторщик. Потом, помявшись, добавил: — Разве что месье решит извиниться и даст согласие на брак мадемуазель Мерси и месье Бруссара…

Гордость не позволила Джулиану пойти на попятную.

— Надеюсь, вы понимаете, что вашему приятелю конец? — прошипел он в ответ.

Несчастный юнец нервно сглотнул.

— Да, месье.

Джулиан налил себе полный стакан бренди и залпом осушил его, слегка поморщившись, когда спирт обжег ему горло. Было решено, что дуэль состоится завтра на рассвете. Что ему было делать? Остальные его жертвы, вне всякого сомнения, заслуживали смерти, но молодой Бруссар… Вся вина несчастного мальчишки заключается в том, что он вздумал жениться на Мерси. Будь он на месте Бруссара, наверняка поступил бы точно так же. Так как же он не подумал о том, какое несчастье может повлечь за собой его согласие принять вызов?!

Да и с чего ему вообще взбрело в голову оставить Мерси для себя? Разве ему нужна жизнь, полная ненависти и злобы? Или он все еще хочет наказать себя за то, что когда-то отнял жизнь у ее отца?

Положив перед собой лист бумаги с гербом и обмакнув перо в чернильницу, Джулиан принялся писать.

«Месье Бруссар.

Прошу простить меня за то, что невольно оскорбил ваши чувства отказом отдать вам в жены мою воспитанницу Мерси О'Ши. Считайте, что я даю вам свое согласие на брак. Думаю, это дело можно считать улаженным.

Джулиан Деверо».

Перечитав записку, Джулиан грубо выругался, смял ее и швырнул на пол. Может быть, стоит пустить себе пулю в лоб прямо сейчас? Иначе утром молодой Бруссар будет мертв. Вспомнив этого зеленого юнца, Джулиан поморщился. Не дуэль, а самое настоящее убийство, как ни поверни! Может, честнее уйти самому, оставив мальчишку радоваться жизни?

И тут же Джулиан понял, насколько абсурдна эта мысль. Он не имел права оборвать свою жизнь. Это было бы трусостью. К тому же он не имеет права забывать, как много людей зависит от него — Арно, Жюстина, его мать…

И даже Мерси О'Ши, будь прокляты ее колдовские зеленые глаза!

Дьявольщина, что же делать?!

Мучения Джулиана прервал голос Генри:

— Хозяин, тут мадемуазель Мерси. Говорит, что хочет вас видеть.

Глава 6

— Что ты здесь делаешь? — изумился Джулиан.

Застыв в дверях за спиной у Генри, Мерси испуганно сжалась, увидев, что ее опекун направляется к ней, а в глазах его горит опасный огонь. Похоже, Джулиан успел изрядно набраться. Не то чтобы он был смертельно пьян, но выпитое уже ударило ему в голову, так что вряд ли он способен сохранять хладнокровие…

— Месье, мне нужно с вами поговорить, — стиснув руки, пролепетала Мерси.

Джулиан повернулся к Генри:

— Оставь нас.

Тот с поклоном закрыл за собой дверь.

Мерси шагнула вперед:

— Месье, я пришла…

Он остановил ее нетерпеливым взмахом руки.

— Для начала тебе придется объяснить, какого дьявола ты бегаешь по улицам в такой час, да еще одна! Тебя следовало бы высечь!

Мерси с трудом подавила праведный гнев, который всегда вызывало у нее высокомерие Джулиана. «Не зли его, — напомнила она себе. — Только не сейчас».

— Месье, я пришла извиниться, — пробормотала она. — Я так дурно вела себя сегодня утром.

— Да уж, что верно, то верно.

— Видите ли, сестры никогда бы не позволили мне прийти. А мне так нужно было поговорить с вами. Положение… отчаянное…

— Отчаянное? — повторил он, пытаясь понять, о чем идет речь. И вдруг на губах его появилась хищная усмешка. — Ах да, ты права. Положение и впрямь отчаянное.

Подойдя к столу, Джулиан взял в руки графинчик с бренди.

— Может, хочешь выпить? — беспечно предложил он.

Мерси покачала головой, гадая, что за этим последует.

— Вероятно, ты явилась просить за молодого Бруссара?

Мерси кивнула.

— Просить, чтобы я отменил поединок?

Снова кивок.