Читаем Немезида полностью

Ещё больше мужчин и женщин, одетых совсем не так, как Рашиди, занимают свои места около костра. Кажется, они предпочитают одевать как можно меньше одежды. Женщины обмотали вокруг груди полоску ткани, завязав её крест на крест. У мужчин только набедренные повязки, а у охранников кроме повязки, ножны для мечей и щиты на спине. Честно говоря, в традиционном костюме серубелиянцев в этом климате было бы слишком душно. Должно быть у Рашиди какая-то болезнь, вызываемая холодом, раз он одет так тепло, что при такой жаре просто невыносимо.

Затем я осознаю, что огонь греет мне щеки; огромный костер должен создать достаточно дыма, чтобы все присутствующие его увидели. В Серубеле мы делали подобное без каких-либо церемоний в следующем очаге, который был достаточно большим для глаз. Единственные очаги, которые я видела здесь во дворце, казались слишком чистыми, будто их и не использовали вовсе. Интересно, меняется ли ситуация зимой. Если вообще в Теории существуют такие зимы, как в Серубеле.

Немного погодя окровавленные глаза Видящего Змея доставляют на красиво украшенном глиняном подносе, который приходится нести двум мужчинам. Они осторожно опускают свою ношу в огонь. Взметнувшиеся от тяжести подноса искорки взлетают, и тут же без следа растворяются в ночи. Я со страхом наблюдаю, как глаза сначала мутнеют, а потом становятся ярко-красными, что предвещает скорое высвобождение дыма. В толпе слышится бормотание, и я закрываю глаза от нетерпения. Не могу представить себе ни одного результата, который был бы для меня выгодным. Меня охватывает непреодолимое желание бежать, и я отступаю от костра.

Но король Сокол сразу это замечает и смотрит на меня, медленно качая головой. Разумеется, он ждет, что я сбегу. В его присутствии я только и говорила, что полуправду, и, ко всему прочему, однажды уже пыталась сбежать из его гарема. Стать помощницей Рашиди было не моим выбором, и я ясно дала это понять. Если бы только король не наблюдал за мной столь внимательно во время таких ситуаций, как сейчас. Но он достаточно мудр, чтобы следить за мной. В подобных обстоятельствах я вела бы себя точно так же.

Клубы дыма вздымаются и сгущаются на подносе в туманный шар, и, наконец, образы материализуются. Поначалу они размыты и отделены друг от друга, в то время как все шесть глаз становятся прозрачными, но я хорошо знаю, как быстро все изменится. Образы объединятся и покажут нам панораму с высоты птичьего полёта. Все будет казаться настолько реальным, будто ты сам находишься там со Змеем. В некотором смысле это словно шаг назад во времени.

Сначала мы видим мужчину, одетого в национальный серубельский военный костюм. В нем я сразу узнаю военного генерала отца. Он протягивает руку к Видящему Змею, и привязанность на его лице очевидна.

Святые Серубеля, они поймали Видящего Змея генерала Галиона.

Я снова борюсь с желанием сбежать, пока все мы смотрим, как Змей поднимается в воздух, а солдаты на земле кажутся крошечными веснушкам на пустынном песке. Обученный смотреть вниз, Наблюдатель наблюдает за пейзажем и быстро пересекает реку Нафари. Военный отряд должно быть находился к северу от притока, который разделяет огромную пустыню на две части. Наблюдатель пролетает над уединённым зданием, а потом над базаром. В любую секунду он повернет на восток, в сторону дворца. В любую секунду нацелится на меня.

Но вместо этого он пересекает грязную дорогу, ведущую к кварталу низшего класса. По крайней мере, я предполагаю, что речь идёт именно об этом квартале на основании бедных палаток и светловолосых людей. Я задерживаю дыхание и просто знаю, что отец обнаружил жителя со светлыми волосами и серебряными глазами, скрытого Создателя, возможно даже маленького Бардо. Но кварталы низшего класса приходят и уходят. Затем снова следует пустыня. Змей-Наблюдатель пролетает тут и там над группой путешественников, но не спешит спуститься вниз, чтобы всмотреться. У него определенно есть цель, я замечаю это, когда он поднимает нос, обнюхивая воздух. Вдалеке появляются здания, темные здания, выглядящие так, словно они горели. Когда Наблюдатель приближается к ним, он замедляет скорость и кружа, спускается вниз, пока, наконец, не парит прямо над руинами.

— Кайра, — шипит Рашиди королю.

— Кайра? — повторяю я, перебирая в памяти все уроки истории с моим наставником Алдоном. Когда-то давно Кайра была столицей Теории. Во время Великой войны между королевствами, Скалдинги сравняли её с землёй. Эта победа считается одной из величайших военных достижений в истории Серубеля несмотря на то, что Теория, в конченом итоге, выиграла войну и серубелианских рабов, нанеся ответный удар.

Король Сокол наклоняет голову, всматриваясь в дым, словно пытается разглядеть мысли Видящего. На мгновение меня охватывает паника, и я задаюсь вопросом, способны ли Линготы на подобное. Но потом вспоминаю, как король рассказывал, что не может читать мысли животных.

— Почему серубелиянцев интересует сгоревший город? — спрашивает он, поворачиваясь ко мне. — Сепора, вы узнаете человека, который отправил Змея?