Читаем Немезида полностью

– Кстати, Арне Албу убили каким-то странным способом, – сказал Эуне, пока Харри открывал раздвижную дверь в комнату с портретами и торшером Гриммера. – Закопали головой вниз. На пляже. Похоже на какой-то ритуал, будто убийца хотел рассказать нам нечто о себе. Ты не думал об этом?

– Я тем делом не занимаюсь.

– Да я не об этом.

– Ладно. Возможно, убийца хотел рассказать нам кое-что о жертве.

– Что ты имеешь в виду?

Харри включил лампу, свет которой упал на портреты.

– Я тут вспомнил Гулатингское уложение[70], это примерно тысяча сотый год, – читал его, когда право изучал. Так вот там записано, что умерших следует хоронить в освященной земле, за исключением злодеев, клятвопреступников и убийц. А для тех могилы рыли на границе приливной волны и дернового покрытия. А Арне Албу похоронили как раз в таком месте, так что речь не об убийстве на почве ревности, а значит, его убил не Гуннеруд. Нет, кто-то хотел показать, что Арне Албу – преступник.

– Интересно, – сказал Эуне. – Слушай, зачем нам опять эти картины смотреть? Они только ужас нагоняют.

– Ты и вправду уверен, что ничего такого в них не замечаешь?

– Ну как тебе сказать, они принадлежат кисти молодого художника с претензией на оригинальность, с чрезмерной тягой к театральности и отсутствием элементарных навыков.

– Моя коллега Беата Лённ сегодня не смогла прийти, она сейчас в Германии на конференции следователей, рассказывает, как с помощью цифровых манипуляций с изображением на видео или фото и подключением веретеновидной извилины можно опознать в лицо преступника под маской. У нее редкая врожденная способность: она помнит лица всех людей, когда-либо встречавшихся ей.

Эуне кивнул:

– Мне этот феномен известен.

– Когда я показал ей эти картины, она сразу назвала прототипы персонажей.

– Да ну?! – Эуне поднял бровь. – Ну-ка давай выкладывай.

Харри показал пальцем:

– Слева Арне Албу, в центре Альф Гуннеруд, ну а справа я.

Эуне прищурился, поправил очки и стал рассматривать портреты с разных точек.

– Интересно, – пробормотал он. – В высшей степени интересно. А я вижу только очертания лиц.

– Я хотел, чтобы ты как эксперт поручился, что такое вполне возможно. Тогда мы сможем доказать более тесную связь Гуннеруда с Анной.

Эуне взмахнул рукой:

– Если то, что ты говоришь о фрёкен Лённ, правда, то ей достаточно минимум миниморум информации, чтобы узнать лицо.

Когда они вышли на улицу, Эуне сказал, что из профессионального интереса хотел бы встретиться с этой Беатой Лённ.

– Она следователь, как я понимаю?

– Да, в отделе грабежей. Мы с ней распутываем дело Забойщика.

– А, понял. Как продвигается?

– Так себе. Следов немного. Они предполагали, что он скоро пойдет на новое ограбление, но пока что этого не случилось. Что, вообще-то говоря, несколько странно.

На Бугстадвейен Харри увидел кружащиеся в воздухе первые осенние снежинки.

– Зима! – крикнул Али с другой стороны улицы и показал Харри пальцем на небо.

Он что-то сказал брату на урду, и тот сразу заменил его в роли грузчика и стал затаскивать ящики с фруктами в магазинчик. Али мягкой походкой пересек улицу и подошел к Харри.

– Здорово, что все закончилось, – улыбнулся он.

– Конечно, – ответил Харри.

– Осень – дерьмовое время года. Наконец-то снежок пошел.

– Точно. А я думал, ты о том деле говорил.

– С этим компьютером в твоем чулане? Оно закончено?

– А тебе никто об этом не говорил? Они нашли человека, который его там поставил.

– Вот оно что. Поэтому жене сообщили, что мне не надо сегодня на допрос в Управление. А что там на самом-то деле произошло?

– Коротко говоря, один тип пытался представить дело так, будто я был замешан в серьезном преступлении. Если пригласишь меня сегодня на обед, я подробнее расскажу.

– Да ведь я уже тебя пригласил, Харри!

– Ты не сказал, в котором часу.

Али возвел очи горе́:

– И почему у вас обязательно надо назначать день и час, чтобы в гости прийти? Да ты просто в дверь постучи, и я открою, а еда у нас завсегда есть.

– Спасибо, Али, я постучу громко и отчетливо. – Харри отпер ворота.

– А вы с той дамой разобрались? Может, это сподручная была.

– О ком ты говоришь?

– Да о той незнакомой даме, я ее в тот день перед дверью в подвал видел. Я о ней этому говорил… Тому, как его там?

Харри застыл, забыв нажать ручку ворот:

– Ну-ка, Али, давай в точности выкладывай, что ты ему говорил.

– Он спросил, не заметил ли я чего необычного в подвале или около него, вот я и сказал, что видел незнакомую даму у входа в подвал. Когда я вошел в подъезд, она стояла ко мне спиной. Я это запомнил, потому что хотел спросить, кто она такая. Но потом услышал, как щелкнул замок, и решил, что раз у нее ключ, значит, все о’кей.

– Когда это случилось и как она выглядела?

Али досадливо всплеснул руками:

– Я ведь торопился, да и видел ее только со спины. Три недели назад? Или пять? Блондинка? Брюнетка? Не представляю.

– Но ты уверен, что это была женщина.

– По крайней мере, мне показалось, что это дама.

– Альф Гуннеруд был среднего роста, узкоплечий, не очень коротко стриженный, темноволосый.

Али задумался: