Читаем Нельсон полностью

В те годы Бёрнем-Торп был захолустной дырой, сейчас он… родина Нельсона. Дома, в котором адмирал родился и вырос, уже нет. Но! Стоит у обочины дороги табличка. «Здесь…» Все как полагается. Есть церковь, в которой крестили Нельсона. Есть что-то еще. Прямо по дороге, потом направо… Вот и закончился Бёрнем-Торп.

Родина одного из величайших национальных героев Англии. Местечко… очень английское. Скалы, сопки, соленые болота. Жизнь такая скучная, сонная, что хорошая погода Бёрнем-Торпу просто не к лицу. Она и была по большей части плохой.

И вот он, «лучик надежды»! Половина биографов Нельсона пишут, что 29 сентября 1758 года – день ясный и солнечный. Другая половина про погоду не вспоминает. Как-то не по-английски. Хотя в жизни лорда Нельсона погода значила многое. Хорошо, пусть не погода в целом, но ветер, ветер… А вот про ветер в день рождения Нельсона не пишет никто. Никто и не знает.

…Как я всегда говорю, историки обожают совпадения. Некоторые из них, мягко говоря, так себе, но все же. Супруги Буонапарте на Корсике дали своему первенцу имя Наполеоне. Мальчик умер в младенчестве, однако еще одного из сыновей снова назвали Наполеоне.

В семье Нельсонов один из первенцев тоже получил имя Горацио и тоже умер, прожив чуть больше чем ничего. Еще через несколько мальчиков опять появился Горацио.

Наполеоне через какое-то время свое имя сократит. Горацио, которому его имя долго не нравилось, в детстве подписывался Хорасом, выводя из себя своего отца. Как вам совпадение? Кто ищет – найдет.

…Родившийся 29 сентября 1758 года Горацио Нельсон в первые дни плохо подавал признаки жизни. Оттого и с крещением поторопились. Так, на всякий случай.

Родился будущий великий адмирал, а вместе с ним – легенды. Все знают, что Нельсон победил при Трафальгаре. Многие – что адмирал страдал от морской болезни. Про морскую болезнь обязательно рассказывают в популярных изданиях. А как иначе? Прославленный флотоводец – и с таким-то недугом!

Был недуг, был. Нельсон сам признался в письме к графу Кэмдену, и именно на это письмо любят ссылаться историки. Кстати – классический пример того, что не стоит вырывать слова из контекста.

Племянник Кэмдена ушел с флота из-за морской болезни, а Нельсон попытался его приободрить. Дескать, и сам страдаю, особенно «при сильном ветре». Страдали в действительности многие. Уходили далеко не все. Морская болезнь не столь уж и страшна, но… Штрих!

О, штрих всегда делает образ главного героя объемным, ярким. Низкорослый Наполеон, страдавший от морской болезни Нельсон… Адмирал, как мы уже знаем, ростом ниже великого императора. Маленький. Тщедушный. Одноглазый (что неправда), однорукий. Его еще и укачивает при сильном ветре!

Лежащий на поверхности вывод. Это какой же силой духа для совершения столь славных подвигов он должен был обладать! С духом у Нельсона все в порядке. Со здоровьем и правда не очень. Легенды оставим тем, кто не может без них обойтись.

Легко можно обойтись и без подробного рассказа о «происхождении и родословной». Иногда это не очень существенно, и Нельсон как раз тот самый случай. Однако кое о чем упомянуть следует.

…Отца своего Нельсон почитал, но ни теплоты, ни доверительности в их отношениях не было. Такое случается и ровным счетом ничего не значит. Не было у них «точек соприкосновения».

«Здесь не будет прибежища непостоянству…» Слова преподобного Эдмунда Нельсона. Сурового, как считается, человека. С виду – необыкновенно сурового. Рано поседел, седые волосы длинные, до плеч. Черты лица резкие, взгляд тяжелый. Впрочем, кто-то говорит о том, что был Эдмунд Нельсон человеком добрым и с отличным чувством юмора. Кто их поймет, англичан. Только они могут быть сурово шутливыми.

Известно, что отец Нельсона и сам жил по правилам, и детей заставлял. Горацио унаследовал от него страсть к порядку и дисциплине, что сильно пригодилось на флоте. Считается, что веру в Бога Горацио тоже перенял, хотя очень своеобразную. Противоречив был, как и его отец.

Эдмунд Нельсон и добродетелен, и суров, но решительность и уверенность в себе в число его сильных качеств не входили. Пока была жива его жена Кэтрин, держался неплохо, потом – начал рефлексировать. Преподобный сомневался во всем. В способности убедить паству. В возможности обеспечить достойную жизнь своим детям. Он даже не женился второй раз. Тоже сомневался, наверное. Хотя… К Кэтрин он действительно был очень привязан.

Нельсоны не могли похвастаться ни знатностью, ни богатством. У Кэтрин (в девичестве – Саклинг), по крайней мере, имелись и знатные, и богатые родственники. Она – внучатая племянница едва ли не самого влиятельного британского политика первой трети XVIII века Роберта Уолпола, первого министра короля Георга II. «Премьером» Уолпол себя не называл.