К середине 40-х гг. относится очень важный момент в творческом развитии Некрасова. Овладев методами натуральной школы как прозаик, — он стал применять эти методы в стихотворных произведениях. Удача ему сопутствовала, и он создал рад замечательных стихотворений, которые привели в восторг Белинского и позволили ему увидеть в Некрасове «истинного поэта». В этих стихотворениях мы находим и мрачные картины крепостнического быта, и суровые обличения помещиков-крепостников («Родина», «Псовая охота»), и резко очерченные, сатирически заостренные образы как своекорыстных чиновников («Чиновник», «Колыбельная песня»), так и хищных буржуа-капиталистов («Современная ода», «Секрет»). Образом «хозяев исторической сцены», к которым Некрасов проявляет неизменно отрицательное отношение, поэт противополагает образы «униженных и оскорбленных»: образ крепостной девушки, на свое несчастье получившей образование, а потому особенно остро переживающей свою долю безответной рабы («В дороге»); образ удалого огородника, погубившего себя тем, что он осмелился полюбить «дворянскую дочь» («Огородник»); образы представителей городской бедноты: пьяницы, которого сделала пьяницей горькая бедность («Пьяница»); «падшей женщины», которую крайняя нужда толкнула на путь порока («Когда из мрака заблужденья», «Еду ли ночью..»); бедняка-извозчика, который повесился после того, как упустил случай разбогатеть, а разбогатеть он хотел, чтобы выкупиться на волю и жениться на любимой девушке («Извозчик»).

Эти стихотворения и по тематике, и по направленности, и по языку, не имевшему ничего общего с пресловутым «языком богов», являлись «новым словом» в тогдашней поэзии. Возбуждая с одной стороны ожесточеннейшие нападки, и с другой — пламенные восторги, они способствовали тому, что Некрасов вырос в крупную фигуру на тогдашнем поэтическом горизонте.

Каким оригинальным, своеобразным поэтом нужно было быть, чтобы сформулировать свой взгляд на назначение поэзии так, как сформулировал его Некрасов:

Это значило, что Муза поэта чувствует свое кровное родство со страдающим народом (образ истязуемой крестьянской женщины, конечно, символизирует страдания всего народа) и видит свое призвание в том, чтобы безбоязненно изображать эти страдания.

НА ЖУРНАЛЬНОМ ПУТИ

— А какие ты носишь издания?

— Пропасть их — перечесть мудрено.

Я Записки носил с основания,

С Современником няньчусь давно:

То носил к Александру Сергеичу,

А теперь уж тринадцатый год

Все ношу к Николай Алексеичу —

На Литейной живет.

Основанный в 1836 году А. С. Пушкиным журнал «Современник», после смерти великого поэта, редактировал профессор Петербургского университета П. А. Плетнев. Плетнев не обладал талантом журналиста, поэтому в его руках «Современник» пришел в упадок. Когда Некрасов и Панаев предложили передать им издание и редакцию «Современника», Плетнев охотно согласился. Конечно, не навсегда, а на время: конечно, не бесплатно, а за солидное, ежегодно выплачиваемое вознаграждение. Плетневу передача «Современника» была материально выгодна; Некрасову же и Панаеву она давала возможность создать орган для пропаганды тех идей, которым сии служили. Потребность в таком органе была тем более острой, что в «Отечественных записках» А. А. Краевского писателям независимого, передового образа мыслей становилось все труднее и труднее работать. Краевский был человек довольно-таки беспринципный, а кроме того жадный и прижимистый. Своих сотрудников, а прежде всего и более всего Белинского, он беспощадно эксплоатировал. И вот целая группа сотрудников, во главе с Белинским, Некрасовым и Панаевым, покидает «Отечественные записки». «Современник» дал им возможность, порвав с Краевским, не прекращать своей журнальной работы.