Его усики резко дернулись, но он промолчал и, не оборачиваясь, пошел по коридору. Я затворил за ним дверь и возвратился в свой номер люкс. Какой-то идиот, видимо, подвинул стул, когда меня не было. Я наткнулся на него и больно ушиб себе колено. И как раз поднимался с пола после падения, когда увидел Хикса, который уже успел устроиться за стойкой бара и старательно готовил себе коктейль.

— Вы опять слишком возбуждаетесь, старина, — заметил он.

— Откуда ты это взял? — натянуто спросил я.

— Могу объяснить, — пренебрежительно фыркнул он. — Вы всегда на что-нибудь натыкаетесь и падаете, когда возбуждаетесь. Вы, несомненно, склонны к несчастным случаям, вот в чем дело.

— Вздор! — рявкнул я.

— Не виню вас за то, что вы возбуждаетесь, старина, — великодушно успокоил он меня. — Тут есть от чего разволноваться.

— Ты, конечно, подслушивал, — предположил я.

— Само собой. — Он неторопливо кивнул. — Для начала мы уже знаем, где в данный момент находится один из этих ублюдков.

— Карл Медден, — согласился я, — находится здесь же, в Нью-Йорке.

— Из них я знаком только с одним — с де Плесси, — продолжал Хикс. — Я побывал с ним в Конго. Законченный ублюдок, вот кто он! Привык держать при себе целый гарем. У него там их было пятеро, скованных одной цепью. Старшей едва ли исполнилось шестнадцать лет. Однажды нам пришлось сматываться впопыхах, и, конечно, он не смог взять их с собой. Только де Плесси не любил разбрасываться тем, чем можно было еще попользоваться какое-то время. Поэтому он рассек им глотки, да так и бросил скованными вместе. Когда я снова увижу его мерзкую физиономию, то начну палить по нему без предупреждения.

— Если он не заметит тебя первым, — бросил я.

— Верно, — угрюмо согласился Хикс, — подбодрите меня!.. Так что нам теперь делать, старина? Выкопать щель и зарыться в нее?

— Закапываться бессмысленно, — возразил я. — Они все равно найдут нас.

— Ну, здесь-то они обнаружат нас без всяких усилий, — гнул свое Хикс. — И Медден, и этот ублюдок Пейс уже сумели сделать это.

— Нам надо обнаружить их первыми, — высказал я свое соображение. — Особенно Траверса и Драйдена. И не забыть также о Франсин.

— Вы правы, — согласился он. — Почему бы нам не переехать в ваш дом в Коннектикуте?

— Превратить его в крепость и засесть там надолго, если не на всю жизнь, пока не состаримся в ожиданиях? — подтрунил я.

— Хочу сказать, что вряд ли стоит охотиться за ними, имея при себе всего пару пистолетов, — сказал он. — Нам нужно что-нибудь поувесистее, посолиднее.

— Ты прав, — согласился я. — Не хочешь ли съездить туда сам и взять в моем доме то, что надо?

— Сегодня же? — спросил он мрачно.

— Полагаю, что с этим можно подождать до утра, — предложил я. — У тебя пистолет «смит-и-вессон», а у меня «вальтер».

— Значит, этой ночью я могу быть свободен, старина? — поинтересовался он. — Завтра утром возьму напрокат машину, скатаю в Коннектикут и прихвачу там все, что нам может понадобиться. К середине дня должен вернуться. Идет?

— Вполне, — согласился я.

— Не натворите глупостей, пока меня нет, — строго напутствовал меня Хикс. — Хочу сказать — ничего не делайте на свой страх и риск; смотрите, не свалитесь с этой шалавой в спальне и не сломайте свою паршивую руку. Мы еще понадобимся друг другу, старина.

Глава 3

На наружной двери люкса стояло четыре замка. Когда официант убрал посуду после обеда, я запер два замка, а два оставил открытыми: гарантия того, что любой взломщик просто спятит, потому что, столкнувшись с такими четырьмя замками, он два из них будет то отпирать, то запирать. Я возвратился в гостиную, решив, что Тамара уже удалилась в спальню, и у меня оставалось время, чтобы выпить на ночь стопку бренди «Наполеон» перед тем, как присоединиться к ней. Мы негласно условились, что я помогу ей осуществить ее любимую сексуальную фантазию в качестве компенсации за отказ воспользоваться ее услугами прямо в самолете вечером предшествующего дня.

Полагаю, что у всех людей бывают свои особые сексуальные фантазии, и Тамара, конечно, не являлась исключением в этом отношении. Ее фантазии превращали ее в жалкую рабыню жестокого и порочного господина, которого она якобы как-то прогневала. В качестве наказания она ложилась нагишом на кровати, зарывшись лицом в подушки, и вся тряслась в ожидании кары. Когда дело доходило до близости с ней, я действительно пару раз хорошенько шлепал ее по пышной заднице, считая, что этого вполне достаточно. Но уже в предвкушении одного этого она получала нужное ей приятное возбуждение.

Поэтому я налил бренди в коньячный бокал и устроился в кресле, чтобы насладиться напитком. Когда я выпил всего лишь половину, зазвонил телефон.

— Мистер Донован? — приглушенно и хрипло прозвучал знакомый голос.

— Это Муара Стевенс?

— Карл Медден хотел бы встретиться с вами. Говорит, дело неотложное.

— Но меня могут убить, — сообщил я ей.

— Не сегодня, — возразила она. — В людных местах встреч больше не будет. Вы встретитесь наедине в хорошо защищенном месте.

— Например, где?