– Потому что… – Глори пытается вспомнить что-то хорошее о Чипере, но не может. Знает, что хорошее есть, но вот что именно? – Черт! – злится Глори. – Какого черта ты прицепился ко мне? Просто скажи, есть у тебя а-лис или нет?

Клод Маунсьер достает из кармана пакетик с красными пилюлями.

– Не так быстро! – говорит он, когда Глори тянет к пакетику руку. – Есть тут один клиент…

– Я завязала.

– Он просто горит. Думаю, хватит и пары минут.

– Я же сказала… – Глори смотрит, как пакет с красными пилюлями исчезает в кармане сутенера. Другого шанса не будет. Брат никогда не поможет Чиперу с деньгами, зная, что Чипер потратит их на а-лис и бывшую проститутку. А если не принять а-лис в ближайшие пару часов, то начнутся сны наяву – жуткие, сбивчивые. И если Глори еще как-то справляется с ними, то Чипера они сводят с ума. – Ну черт с тобой, – говорит Глори, оглядываясь. – Где твой клиент?

Сутенер улыбается. Они протискиваются сквозь толпу в дальний угол огромной гостиной. Высокие окна открыты настежь. Ветер приносит из сада запах цветов.

– Сколько ты дашь мне таблеток? – спрашивает Глори, когда сутенер приводит ее к столу с закусками, за которым стоит крошечная ширма высотой не выше пояса.

– Десять пилюль тебе хватит?

– Двадцать.

– Двадцать за пару минут? – сутенер смеется. – Двенадцать – и то по старой дружбе.

Глори молчит, пытается разглядеть лицо клиента, но оно какое-то бесформенное, словно набросок скульптора, шаблон, из которого предстоит высечь личность.

– Лишь пару минут, – предупреждает Глори, надеясь, что успеет закончить здесь прежде, чем Мерло приведет в дом младшего брата.

– Умница! – хвалит ее сутенер, наблюдая за работой.

Клиент без лица гладит волосы Глори. Она пытается расстегнуть ему пряжку ремня, украшенную сверкающими драгоценными камнями. Их блеск слепит глаза, унося сознание прочь из дома, к Чиперу и его брату, пытающемуся убедить Чипера отказаться от Глори, соблазняя другими девушками, которых можно найти на этой вечеринке. Глори видит, как они поднимаются по лестнице, входят в распахнутые двери, скользят вдоль высоких окон, за которыми благоухает цветочный сад.

– Она изменилась, – заступается за Глори Чипер.

– Ты так думаешь? – издевается над ним Мерло.

Он словно знает, что происходит сейчас за ширмой, потому что ведет младшего брата именно туда.

– Ну, что я тебе говорил? – слышит Глори его голос за спиной.

Клиент без лица охает, мычит что-то бессвязное.

– Как водяная помпа! – подмигивает ему сутенер, продолжая расхваливать Глори.

Она поднимается с колен. Чипер смотрит на нее и молчит.

– Давай свои пилюли, – говорит Глори сутенеру.

Он отсчитывает двенадцать штук. Глори прячет их в кармане.

– Вот, – Мерло протягивая брату упаковку салфеток. – Думаю, твоей девушке это понадобится.

Чипер кивает, достает пару салфеток.

– Вот, – говорит он, протягивая их Глори.

Она вытирает лицо. Стыда и смущения нет. Есть лишь небольшое чувство вины перед Чипером, но не перед собой.

– Немного на подбородке пропустила, – говорит он, достает еще одну салфетку и помогает ей вытереть лицо.

– Теперь все? – спрашивает Глори.

Чипер кивает, смотрит какое-то время на влажную салфетку в своей правой руке, затем на пачку салфеток в левой, на лицо Глори, ей в глаза, словно чего-то ждет. И сейчас он похож на ребенка. Но ребенка предали. И Глори чувствует перед ним вину за это предательство, понимая в то же время, что случившееся не более чем реальность жизни, которую невозможно объяснить такому большому, но наивному ребенку. Поэтому остается чувствовать вину перед Чипером, но не перед собой.

– Твою мать! – неожиданно говорит Чипер.

Смятая салфетка, которой он помогал Глори вытирать подбородок, падает на пол. Упаковка с оставшимися салфетками летит в стену. Глори видит это в замедленном действии. Вот Чипер замахивается, вот упаковка салфеток покидает его руку. Где-то на полпути упаковка превращается в бокал с красным вином. Он разбивается о стену, звенит стеклом. Красные брызги повсюду. Вернее, уже не брызги, а пилюли а-лиса. Сотни, тысячи пилюль. Глори слышит, как они падают на пол, закатываются под столы, стулья.

– Нам пора уходить, – говорит она Чиперу, стараясь не злиться на его каприз, повлекший за собой разбитый бокал, стараясь не злиться ни на кого в этом мире.

40

Глори очнулась в больнице, увидела Чипера и первые несколько мгновений думала, что это Мерло. Настоящий Мерло, реальный. Не брат Чипера из нейронного трипа, а человек, за которым Глори готова была пойти хоть на край света – так, по крайней мере, ей казалось, когда они были вместе… «Но времена эти давно прошли», – подумала Глори, и видение рассыпалось. Чипер был бледным и смотрел на нее так, словно это из-за него она оказалась здесь.

– Я не специально, – спешно сказала Глори. – Я приняла сначала одну таблетку, собиралась включить модулятор, но тут позвонил доктор Ситна…