Читаем Нефть в обмен на девушку полностью

Немного придя в себя, он связался с Барри по новому телефону, передал содержание разговора с Аббасом и спросил, сможет ли он обеспечить товар надлежащего качества. Барри пообещал, что все будет в порядке, и назначил место встречи – отель «Байок». Уже прощаясь, он попросил привезти простой русской водки.

– Что значит простой? – переспросил Филатов

– Ну которая продается в обычном магазине, понимаешь?

– Насчет обычного магазина я понял, только зачем это тебе?

Барри помедлил и как-то неуверенно сказал:

– Пока не знаю, но испытываю потребность.

– Ладно, будет тебе водка, – засмеялся Филатов. – Только за результат я не отвечаю.

И он поехал в Думу. Во-первых, там можно было нормально позавтракать. Во-вторых, депутату надо ходить на работу. Ну а в-третьих, чтобы договориться с Вождем об отпуске недельки на две. Что-то подсказывало Филатову – в Таиланде быстро не получится…

Дел оказалось так много, что Филатов даже забыл о предстоящей поездке. Он участвовал в заседаниях, выступал, давал интервью, готовил материалы к выступлению Вождя и общался с десятками самых разных людей – от вице-премьера до слесаря. И все это в темпе, бегом, когда ошибиться нельзя, а думать особенно некогда, потому что дела наползают одно на другое, множатся и переплетаются в хаотичный клубок. Поэтому, оказавшись наконец в самолете, взявшем курс на Бангкок, Филатов сразу уснул и проспал все девять часов полета, несмотря на доносившиеся из экономкласса веселые голоса соотечественников, энергично продолжавших начатый еще на земле праздник.

Филатов пару раз уже был в Бангкоке, поэтому огромный зал километра полтора в длину не произвел на него особого впечатления. А в первый раз он, помнится, даже прошел его из конца в конец, чтобы собственными ногами оценить размеры сооружения. Быстро пройдя все формальности и получив багаж, Филатов зашел в ресторан. Завтрак и обед в самолете он проспал, так что самое время было подкрепиться. Взяв салат с креветками и кружку пива, Филатов расположился у окна, за которым садились и взлетали самолеты. Потом пришел черед какой-то особенной жареной рыбы, которую ему посоветовал взять официант, и второй кружки пива. А потом сзади раздался тихий, вкрадчивый голос:

– Не оборачивайтесь, пожалуйста.

Неизвестный говорил на русском языке, что сильно озадачило Филатова. Он даже почти обернулся, но в последний момент сделал вид, что просто зовет официанта – пора, мол, кофе нести. Правда, Филатов успел мельком заметить за соседним столом человека, но тот сидел к нему спиной, погрузившись в изучение меню. Филатов поднял кружку с остатками пива, чтобы окружающим не бросалось в глаза, что он говорит.

– Мы знакомы? Кто вы?

– Не важно. Мне надо вам кое-что сказать.

– Именно мне?

– Да, именно вам!

Филатов быстро прикинул: Барри такой цирк устраивать не будет, Аббасу это вроде бы тоже ни к чему, в Москве он никому ничего не говорил. Так в чем же дело? Кто сидит к нему спиной и хочет поговорить? Не будь в дело замешаны Тинни и дочка, Филатов не стал бы никого слушать, но сейчас он не решился рисковать – вдруг этот тип действительно знает что-то важное?

– Ну так говорите, я слушаю.

– Только не здесь. Будьте завтра в полдень у главного входа вокзала Тхонбури. Я подойду к вам…

Филатов услышал, как неизвестный скрипнул стулом и пошел к выходу. Он посидел минут пять, попробовал кофе, но, убедившись, что тайцы совершенно не умеют его готовить, пить не стал. Потом позвонил Барри и сообщил, что через час будет в «Байоке». Американец сказал, что номер заказан, а сам он подъедет в ближайшее время.

«Байок» оказался довольно оригинальным сооружением – тонкая, очень высокая башня в тридцать с лишним этажей. Среди бурлящих движением улиц и обычных малорослых домов она напоминала воткнутую в муравейник палку. При этом автомобильная стоянка находилась на пятом этаже здания, а чтобы попасть в холл, надо было с тротуара спуститься на несколько метров вниз по лестнице.

Дорогой гость был встречен со всем возможным радушием многочисленным персоналом отеля. Будь сейчас пик сезона, Филатов бы затерялся в шумной толпе, а так его появление в дверях вызвало радостное оживление среди малорослых тайцев и таек в красивых национальных одеждах. Один нес чемодан, другой придерживал дверь, третий указывал дорогу, четвертый спешно прыскал из ароматического баллончика, пятая, шестая и седьмая выстроились у ресепшена, изображая что-то вроде почетного караула. А за стойкой Филатова поджидала настоящая принцесса с такой гладкой кожей и такими утонченными чертами лица, что с десяти шагов ее можно было принять за искусно сделанную куклу.