Наёмный экипаж они отпустили сразу, как только добрались до места, пришлось обходить здание пешком. Идти оказалось недалеко. И всё бы ничего. Прекрасное летнее утро располагало к пешим прогулкам. Вот только кресло Давида привлекало к себе слишком много внимания. Некоторые прохожие даже останавливались, чтобы проводить взглядом необычную конструкцию. Дети показывали пальцами и просили родителей купить им такую же маленькую карету. Хорошо ещё, что никто так и не решился обратиться к ним с расспросами, в противном случае, пешая прогулка могла затянуться надолго, а они и так не располагали лишним временем.
Фасад здания с другой стороны выглядел совершенно иначе. Четыре белоснежных колонны были увиты цветочными гирляндами. Широкие двери приветливо распахнуты настежь, а в просторном холле гостей встречали улыбающиеся служащие.
Сама процедура бракосочетания напомнила Лотте регистрацию брака в её родном мире. Только вместо женщины регистратора их встретил сухонький старичок с добрыми глазами и лучистой улыбкой. От него исходило такое радостное возбуждение, что можно было подумать, будто бы он выдаёт замуж собственную дочь за очень приличного человека, отчего его счастье безмерно.
Как-то сразу у всех посветлело на душе, и даже оформление документов, очень нудное занятие на самом деле, не смогло испортить настроение молодожёнам и их спутникам.
Перед подписанием договора, судья попросил Вирену и Давида произнести слова клятвы, которые, наверное, во всех мирах звучат одинаково:
- Я, Давид Лореган, беру тебя, Вирена Холтон, в свои законные жёны, клянусь любить и оберегать тебя до самой смерти.
- Я, Вирена Холтон, беру тебя, Давид Лореган, в свои законные мужья, клянусь любить и почитать тебя до самой смерти.
Лотта после этих слов, произнесённых так проникновенно, даже прослезилась. Да и Райвен, не смотря на привычную сдержанность, выглядел растроганным.
Судья достал из кармана большой белый платок и промокнул им слезящиеся глаза. Кажется, он действительно принимал всё происходящее слишком близко к сердцу.
Срывающимся от переживаний голосом он закончил церемонию, произнеся заключительную фразу:
- Данной мне властью объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.
Потом Давид поставил свою подпись на брачном договоре, а вместо Вирены расписался её брат.
Теперь уже две супружеских четы собрались уходить, но судья, откашлявшись, попросил их задержаться. Теперь он выглядел немного смущённым, но всё же спросил, почему Давид передвигается таким странным образом.
Пришлось новобрачному вкратце поведать судье свою историю и объяснить, что он ещё не оправился после болезни, а потому испытывает некоторые затруднения при передвижении.
- Очень полезная вещица, как я посмотрю, - проговорил судья задумчиво, - я ведь тоже, как вы выразились, испытываю некоторые затруднения при передвижении. И сделано на славу, наверняка столичные умельцы постарались.
- А вот и нет, - встряла в разговор Лотта, - это работа мастера Кнетта.
- Вот как, - обрадовался старик, - я хорошо его знаю, он очень дружен с моим сыном. Давненько мы не встречались, надо будет пригласить его в гости. Ну что же, молодые люди, не смею вас больше задерживать.
Судья тут же утратил к ним интерес, потому что теперь все его мысли занимал предстоящий разговор с мастером.
«Кажется, у нас появился новый заказчик», - Лотта расплылась в довольной улыбке и покрепче ухватила ладонь мужа. Вирена с Давидом слегка отстали, всё ещё пребывая в эйфории от того, что теперь их судьбы неразрывно связаны друг с другом.
Вирена как будто светилась изнутри. Лотта с Каролиной постарались на славу, создавая образ невесты. И пусть для этого им пришлось встать ещё до рассвета, но результат стоил затраченных усилий. Насыщенный синий цвет платья подчёркивал белизну кожи Вирены. Во взгляде девушки смешались восторг, предвкушение и капелька страха, что делало её похожей на трепетную лань. Черты лица слегка заострились от волнения, а искусанные (или может быть, зацелованные) губы припухли и покраснели.
Давид не сводил глаз с молодой жены, так она сегодня была хороша, и думал о том, что ей невероятно к лицу новый наряд и особенно его свадебный подарок - сапфировый гарнитур из белого золота: колье и серьги.
Да и сам Давид сегодня выглядел весьма впечатляюще. Его столичные наряды были ему немного велики после болезни, но умелые руки Каролины легко решили и эту проблему.
Молодожёны так увлеклись созерцанием друг друга, что не сразу заметили, как в их сторону стремительно движется щеголеватого вида молодой человек. А когда он подошёл ближе и окликнул Вирену по имени, она вздрогнула и прижала руку к груди. Давид сразу понял, кто посмел их потревожить, и сжал ладошку Вирены, напоминая ей о своём присутствии и о том, что теперь она - замужняя тера.