— Я даю тебе пять секунд, чтобы выполнить мой приказ или пожалеешь, — пригрозил мужик с шестеренкой, пафосно выпятив накачанный торс.

Не знаю, что на меня нашло. То ли обида заела, что нет никакой справедливости в действиях лиц её олицетворяющих, то ли надменный тон меня оскорбил, но, даже зная со слов Макса, что Жрецы Храма Культа бессмертны, я не стал подчиняться и дожидаться, когда меня атакуют, а атаковал сам. Причём, кастанув «жалящий рой», еще кинул вдогонку «духовные путы». Просто так, ради эксперимента. А вдруг, сработает и с этого хмыря тоже шарик получу. Это был самоубийственный жест отчаяния.

Жрец пришел в ужас, уставившись на окутавшую его фиолетовую дымку. Попытался применить какую-то способность, но было уже поздно. «Жалящий рой» божественного уровня стер его испуганное выражение лица вместе с кожей и лицевыми мышцами. Он также разорвал цветастую одежду жреца в пыль, оставив от неё лишь покорёженную шестеренку.

Обглоданный до костей скелет рухнул на пол и ожидаемо исчез через три секунды, но фиолетовое облако не развеялось. Это могло означать, что душа жреца всё ещё захвачена. Почти не надеясь на положительный результат, я активировал навык создания сосуда духа и попытался перетащить душу Святого Тана в контейнер. Ничего не получилось. Присев на пол, и заглянув в духовное пространство, я просмотрел записи «Активных эффектов» и среди последних сообщений увидел, что навык не сработал, так как его уровень слишком низок для использования на цели легендарного уровня. Прокачав «хаотическую душу» до максимума, я попытался снова, но теперь появилось сообщение, что контейнер не соответствует уровню души. Пришлось качнуть второй навык и создать новый контейнер. После этого, фиолетовое облако развеялось, а на каменный пол упал и покатился черный шарик жемчужины духа.

Я хищно подскочил к нему, поднял и быстро закинул в кристалл пространств, и только потом обратил внимание на бледные лица застывших у стены храма спутников. Оглянувшись, я заметил, что наставница Уна сидит на полу, прикрыв рот ладонью. Она выглядела такой же напуганной, но почему-то не решалась сбежать.

— Святой Тан, что ты делал со Святым Таном? — с трудом выдавила она, когда я подошел.

— Всыпал ему, чтобы не выпендривался.

— Но тогда почему он не появился на воскрешающем круге? — указав рукой в сторону пустого зала слева, спросила она.

Этого я не знал. Возможно, из духовных пут не выбраться даже в мире, где предусмотрено бессмертие и отправка на респ. Но задерживаться, чтобы это выяснить на территории секты, после уничтожения её «бессмертного» покровителя было опасно. Тем более, что на это и захват души, я израсходовал почти все запасы маны.

Не теряя времени, я выбежал из храма, пересек площадь и скатился по скользкому скальному склону к ближайшему уступу. Возвращаться к воротам, где оставил повозку я не решился. Мне лучше избегать стражи, дорог и скрыться в лесистой части склона до начала погони. Но прежде нужно было преодолеть опасный скальный массив и я стал перепрыгивать с камня на камень, цепляясь руками за корни и скудную растительность, и всё дальше удаляясь от территории, где меня могли повязать сильные мечники. Через минуту услышал сверху крик: «Погоди, а как же мои вещи?» и осознал, что рюкзак здоровяка всё еще со мной, а я так и не вернул Уне и ребяткам их снаряжение, но возвращаться из-за этого наверх уж точно не собирался.

— Отдам в Тристраме, — во второй раз пообещал я и прибавил ходу.

Часть 23 Западная Магическая Школа

Не прошло и получаса после стычки в храме секты, а я трижды пожалел, что вспылил и вызверился на мужика с шестеренкой. И что на меня нашло? Сам не понимаю. Я бы в любом случае вернул вещи наставнице, а так создал себе проблему на ровном месте, но другая часть меня испытывала гордость, что я не испугался, не поджал хвост и постоял за себя. Да уж, постоял. Теперь буду бегать, изгоем, прятаться по кустам. Меня однозначно теперь зачислят в «темные». К гадалке не ходи, устроят травлю. Эх, и зачем я вообще на гору вернулся? Надо было с новичками сразу в Тристрам ехать. Только зря время потерял.

Прислушиваясь к своим чувствам, я понял, что вернулся из-за наставницы. Чувствовал вину за то, что вынудил её поехать с собой, а в итоге лишь подставил под удар грабителя. Ему она могла оказать достойное сопротивление, вот он от неё и избавился в первую очередь. Причем, выждал, когда мы отъедем достаточно далеко от секты, чтобы уйти от возможной погони.