Я увидел, что все монстры Песочницы, обладали небольшим сосудом духа, и можно было обнаружить отличие между ними, по разности в яркости свечения Ци. С помощью этих подсказок и улучшения планирования своих новых действий, я смог организовать следующую атаку таким образом, что вынес из-под града плевков свой мешочек. Нет, я не избежал смерти и в этот раз, но мешочек был уже не в толпе росянок, а остался лежать в десятке шагов в стороне от места скопления агрессивных.

Ценой еще одной жизни я перенес мешочек с кристаллом-хранилищем к задней стене Храма Судьбы, где и устроил для него тайничок. Экипировавшись из хранилища в легендарное снаряжение Люцифера, я смог утащить от монстров кинжалы и частично растворенную кислотой одежду. Заодно выяснил, что Росянки своими плевками кислотой способны повредить даже легендарную экипировку. На всех частях доспеха показатель прочности просел на единицу. А кинжалы от соприкосновения с соком стеблей Росянок износились и вовсе на две единицы, хотя я сделал всего несколько росчерков. Это стало мне хорошей наукой, что лезть к Росянкам и вообще любому монстру, хорошенько не изучив его перед этим и слепо полагаясь на легендарное снаряжение — последнее дело.

Вторым хорошим учителем выступил гигантский зеленый жук. Пообещав себе на счете семнадцать-ноль никогда больше не связываться с Росянками, я решил обидеть жука. Ну что плохого может случиться? Я же в отличных доспехах и на насекомых кровотечение и яд уже должны действовать. Какие проблемы? Да, я убил жука. Легко убил, но после моего удара в глазницу эта падла обдала меня таким вонючим выхлопом, что я чуть не потерял сознание от невыносимой вони и тут же не пошел, а полетел на всей возможной скорости мыться к реке.

Сколько бы я ни плескался, ни терся песком и ни пытался смыть с себя этот резкий, мерзкий запах, ничего не помогало. В итоге, я вернулся к Храму и зарезал себя собственным же кинжалом, чтобы только избавиться от смердящей вони пропитавшей тело. Одежду выкинул, а замаранные кинжалы и доспехи Люцифера, спрятал подальше в отдельный камень хранилища, опасаясь, что жуткий запах может передаться предметам в соседних ячейках. С жуком я получил счет ноль-один в мою пользу, но победа имела неприятный привкус поражения, особенно, когда я обнаружил, что дало его убийство ровно два очка опыта и ноль духа. Вот такие итоги первых двух часов прокачки на «безобидных зверушках».

Часть 38 ПОТРАЧЕНО

Уна шла на встречу со своим наставником, как сильно, очень сильно провинившийся ребенок. Она и сама понимала, что творила ужасные, немыслимые, непростительные для младшего члена секты вещи. Если её схватят, то посадят в тюрьму, лишат ранга младшего мастера, а потом выпарят розгами на глазах других учеников. Она ослушалась прямого приказа главы ради личной выгоды, тайно покинула базу, а о других прегрешениях и говорить страшно.

Потом она прокляла Всеблагую Богиню Немезиду, обозвала её тварью и молча потворствовала издевательствам над ней, вступив в союз с отступником. Да, Александр спас её из плена, остановил пытки и наказал мучительницу, но для главы и храмовников всё выглядит иначе — это она нарушитель, отступница и опасный преступник, которого нужно наказать.

Пока Александр был рядом, она почти перестала бояться служителей Храма, плененную богиню, и других Небожителей, которые могли прийти, чтобы заново утвердить свою власть и навести порядок. Но её союзник зачем-то пожертвовал собой, также решив принять Суд Богов, и пересёк красную черту, которую Святой Тан категорически запрещал пересекать.

Запретный красная линия была хорошо видна на полу, но Александр наплевал на запрет и подошел к Зеркалу Судьбы чуть ли не вплотную. Уна никак не могла понять, зачем он так поступил? Ведь он обещал, что сделает её сильнее всех. Он обещал, что она спасет госпожу Инессу, а теперь его нет, а Немезида здесь, жива и полностью здорова. Вернулась. Кто бы сомневался. Разве боги осудят себя? Униженная и оскорбленная непочтительным обращением Немезида вернулась и могла отомстить за причиненные ей обиды.

Уна была настолько шокирована поступком господина Александра и мгновенным возвращением Немезиды, что пала духом и погрузилась в бездну отчаяния. Единственное, что крутилось в голове, чтобы угодить вернувшемуся божеству, оказавшемуся на полу в одной рваной тряпке — это срочно доставить её в ближайший Храм, где ей окажут достойные богини почести. К счастью, Божество не уничтожило её на месте, снисходительно приняло её служение. По пути в секту Уна иногда поглядывала на Немезиду, пытаясь понять каково её текущее отношение к ней. В целом она вела себя довольно сдержанно, но иногда выставляла вперед правую руку, словно собиралась использовать на ней, свою магию, но потом снова прятала, будто передумала.