Читаем Небовзор полностью

Чуть выровняв крылья, звездокрыл вывернул шею под неестественным углом и ловко поймал дракончика за шаловливый хвостик. Повисшая кверху попой Бестия возмущенно задрыгала задними лапами, пискнула и была осторожно перекинута назад, на спину завра. Пару раз кувыркнувшись в воздухе, но так и не выпустив вещей из загребущих лапок, Бестия села и тряхнула головой.

– Ты в порядке?! – крикнула я, опасаясь за дезориентированного драконенка.

– Пиу! – возликовала малышка и с важным видом подтащила ко мне кейс.

Авоська с любимой дыней так и осталась заботливо прижатой к груди маленькой, но уже такой отважной драконицы.

– С… Спасибо, – заикаясь промямлила я.

«А теперь о важном, – сказала матриарх. – В кейсе официальное разрешение, подписанное ректором и лично мной. Передашь Бушующему вместе с белым конвертом, где я подробно объяснила твоему преподавателю, почему ты летишь с группой на остров, а то я его знаю. С него станется отправить тебя обратно за подтверждением. Еще там мои личные записи по всем трем видам завров. Прочитай сколько успеешь».

– Хорошо, – послушно кивнула я, едва сдерживая предвкушающую улыбку.

Личные записи декана! Это ж… это же так круто! Кто еще из адептов мог похвастаться таким информационным богатством?!

«Эй, Нэш, – негромко окликнула дорал-кай, возвращая меня из мечт на землю, то есть на спину летящего сквозь ночь завра. – Есть пять предупреждений, о которых ты должна услышать, прежде чем я отпущу тебя. По возможности помни о них и станешь хорошим матриархом.

Первое: ты будешь переживать болезненную трансформацию внутри и снаружи, но это неизбежно на пути к лучшей версии себя.

Второе: ты будешь совершать ошибки, и у тебя будет достаточно сил, чтобы признать их и исправить.

Третье: помни, что наиболее важная часть тебя будет всегда находиться глубоко внутри, там, где сердце и душа.

Четвертое: если кто-то захочет воспользоваться тобой, не позволяй сломать себя, не позволяй кому-то решать, что важно для тебя.

И пятое: ты сделаешь множество великих вещей, но лишь в том случае, если позволишь другим держать тебя за руку и станешь сама цепляться за руки важных для тебя людей. Помни об этом, хорошо?»

– Да…

«Хорошего пути, Адриана. И помни, смертница, что я в тебя верю».

Эрика Магни махнула на прощанье и легонько хлопнула своего завра по спине. Драконица послушно сложила крылья и ухнула вниз, назад к острову, где руками некронавтов были выстроены здания самой необычной академии и гнездо звездокрылов. Где в ангарах недовольно фыркали чуть что готовые полезть в драку ядожалы. Где каждое утро громким «Кли-кли!» встречали рассвет небовзоры. Где адепты магмеха творили и вытворяли в своих лабораториях. Где лекари и некронавты суетливо бегали по больничному крылу, ибо с таким числом адептов для них всегда была работа.

Драконица с матриархом на спине возвращалась в место, которое считали своим домом не только завры, но и я сама.

– Пиу… – грустно пискнула Бестия, провожая взглядом черный силуэт звездокрыла, а я согласно вздохнула.

Никто из нас тогда еще не догадывался, что видел легендарную Эрику Магни, декана факультета звездокрылов, матриарха стаи и представительницу самого загадочного клана дорал-кай в последний раз.

* * *

Приземление вышло жестким.

И это я еще как смогла смягчила на словах.

По факту Мясник просто сложил крылья и обессиленно упал на доски платформы, возведенной среди морских просторов.

Привлеченные шумом, из-под своих навесов высунули любопытные мордочки ядожал с небовзором.

– Кли-кли? – окликнула последняя, но злой и уставший звездокрыл только неприветливо рыкнул что-то в духе «отвали», нашел взглядом цистерну с пресной водой и практически пополз в ту сторону.

Чего нельзя было сказать про Бестию – вот кто прям-таки искрил нерастраченным энтузиазмом! Драконица скатилась по спине Мясника, как по детской горке. Вскочила на лапки, внимательно огляделась.

– Пиу! – бойко поприветствовала она других завров, после чего хозяйственно заныкала авоську с дыней под кусок брезента и отправилась на разведку, весело цокая коготками по мокрым доскам.

Увы, но я подобным приливом сил не страдала.

Я просто молча страдала.

После стольких часов полета тело затекло в неудобной позе и отчаянно ныло, заглушая даже сонливость и голод. Еще хорошо, что новенький комбинезон для полетов не приказал долго жить, как это часто бывало после внесения улучшений на магмехе, и климат-контроль работал исправно. Чего нельзя сказать о моих собственных мышцах, которые приходилось едва ли не с воем заставлять двигаться.

Но боль физическая не была способна заглушить тревогу. В груди поселилось и грызло беспокойство о Мяснике. Если он еле-еле долетел до платформы, то чего ждать завтра? Сможет ли звездокрыл вообще добраться до острова Ио? И не потерпел ли мой гениальный план «лететь вместе» крах уже сегодня?

Пока я мысленно гнала панические настроения и непослушными от холода пальцами отстегивала сперва себя от седла, а после седло от спины завра, Мясник таки дополз до вожделенной тары. С видимым трудом приподнялся на лапах и сделал парочку жадных глотков.

Хлюп… Хлюп…