Читаем Небо Монтаны полностью

— Ты куда? — спросила Уилла, видя, как Тэсс спускается по лестнице.

— В одно место. — Тэсс вскинула голову, окинула взглядом сестру, как всегда, облаченную в джинсы и фланелевую рубашку. — А ты?

— А я только что вернулась. У меня нет времени часами крутиться перед зеркалом. — Уилла удивленно нахмурилась. — Да на тебе нарядное платье!

— Не может быть! — Изобразив удивление, Тэсс уставилась на облегающее синее шерстяное платье. — Откуда же оно взялось? — Хмыкнув, она взяла с вешалки куртку. — Нужно отвезти рождественский подарок. Ты ведь не забыла, что скоро Рождество? Женщина ты занятая, но про Рождество-то, наверное, слыхала?

— Был такой слушок, — задумчиво сказала Уилла, разглядывая высокие каблуки и вызывающее платье сестры. Да и духи благоухали слишком уж соблазнительно.

— Кому подарок-то?

— Решила наведаться к Нэйту, — объявила Тэсс, застегивая куртку. — Надеюсь, он будет мне рад.

— Ах вот оно что. Я должна была сама сообразить, — пробормотала Уилла. — Смотри, свернешь себе шею на этих шпильках.

— У меня прекрасный вестибулярный аппарат, — отмахнулась Тэсс. — Ты ложись спать, сестренка, не жди меня.

— Ну-ну, надеюсь, у Нэйта тоже хороший вестибулярный аппарат, — сказала Уилла, провожая ее взглядом.

Тэсс грациозно прошествовала к джипу, а Уилла отправилась в гостиную. Там она легла на диван и принялась разглядывать украшенную елку. Потом зарылась лицом в подушку.

Рождество всегда было для нее очень тяжелым временем года. В декабре умерла мать. Конечно, Уилла ее не помнила, но знала, когда это случилось. Память о трагедии омрачала ей праздник. Бесс всегда старалась устроить для девочки настоящее Рождество — наряжала елку, пекла всякие вкусности, дарила подарки, пела песенки. Но семья ни разу не собиралась вместе, чтобы отпраздновать праздник. От отца Уилла не получила ни одного подарка.

Правда, с Адамом подарками они обменивались — но делали это поздно вечером, когда отец, уже упившись, храпел у себя спальне.

Под елкой для Уиллы находились подарки, но она знала, что они не от отца, а от Бесс. Когда Уилле исполнилось шестнадцать она перестала притрагиваться к этим подаркам. Надоела вся эта ложь. Бесс еще пару раз попробовала, но потом отступилась.

А утро после Рождества означало скверное настроение отца похмелье, несправедливые придирки. Один раз Уилла попробовала возразить и тут же заработала пощечину.

В общем, она привыкла обходиться в жизни без праздников.

А сейчас Уилла чувствовала себя смертельно усталой. Зима обрушилась слишком быстро, слишком свирепо. Потери в стаде были больше, чем она ожидала. Вуд беспокоился, хватит ли запасенного зерна, упали рыночные цены на коров. Оснований для паники пока не было, но ситуация создалась тревожная.

И еще Уилла каждый день выходила из дома, смертельно боясь, что вновь обнаружит чье-нибудь окровавленное и истерзанное тело.

И поговорить не с кем, думала она. Приходится изводиться в одиночестве. Не хватало еще напугать Лили и Тэсс. Они и так на взводе. Уилла попросила Адама и Хэма приглядывать за сестрами, когда они куда-то отправляются.

Но вот сейчас Тэсс уехала из дома в одиночестве, а у Уиллы не хватило сил и энергии ее остановить.

Надо позвонить Нэйту, сказала она себе. Предупредить его. Пусть позаботится о Тэсс. Но сил подняться не было. Ведь если сесть на диване и открыть глаза, то увидишь яркое, нарядное зеленое дерево, под которым сложены подарки…

— Если решила поспать, то ложись как следует, — раздался голос Бена.

— Я не сплю, — ответила Уилла. — Просто прилегла отдохнуть. Шел бы ты отсюда.

— Я сюда тащился издалека, а она велит мне убираться. — Бен уселся рядом. — Слушай, Уилл, ты совсем себя не жалеешь.

Он силой повернул ее лицом к себе и увидел, что ее щеки мокры от слез.

— Ты плачешь.

— Вовсе нет. — Сгорая от стыда, она спрятала лицо. — Просто устала. — Но тут голос ее предательски дрогнул. — Оставь меня в покое. Оставь меня. Я устала.

— Иди сюда, милая.

Бен не привык иметь дело с плачущими женщинами, но это его ничуть не смутило. Он легко, как ребенка, приподнял ее и посадил к себе на колени.

— Ну, что случилось?

— Ничего. Просто… Все не так, — всхлипнула она, положив голову ему на плечо. — Я не знаю, что со мной творится. Я не плачу.

— Хорошо, ты не плачешь. — Он прижал ее сильней. — Давай просто посидим. Тебя очень приятно держать в руках, хоть ты и жутко костлявая.

— Я ненавижу Рождество.

— Чушь. — Он поцеловал ее в лоб. — Ты просто вымоталась. Нужно устроить себе каникулы. Возьми сестер, и отправляйтесь на какой-нибудь из здешних курортов. Примешь грязевые ванны, повеселишься, отдохнешь.

Уилла насмешливо фыркнула. Ей было уже лучше.

— Могу себе представить. Я и сестренки сидим в грязи по горло и обмениваемся сплетнями. Хорошо же ты меня знаешь.

— Есть другое предложение. Поехали со мной. Снимем номер со здоровенным джакузи, с постелью в виде сердечка, а на потолке — зеркало. Зеркало нужно для того, чтобы видеть, как мы занимаемся любовью. Так быстрее научишься.

Предложение звучало заманчиво, но Уилла пожала плечами:

— Мне торопиться некуда.