– Слушай, они такой эффектный кадр показали. Ты с маленьким ребенком на руках и гневным лицом проходишь сквозь шеренгу головорезов. Просто Родина-мать! И как тебе всё это удается? Они же могли вас изуродовать!

– Очень просто: в долю секунды вспомнила, как в Переделкине из переулка на Афоню выскочила разъяренная овчарка. Я на нее так рявкнула, что она тут же села на задние лапы, заскулила и попятилась назад с поджатым хвостом. А сегодня я представила вместо этих ублюдков жалких щенят и пошла напролом. Ты знаешь, в моменты истины (что-то я высокопарна), особенно если это касается ребенка, во мне вспыхивает такой заряд энергии, что через забор перепрыгнуть могу.

– Ты же у нас неспортивная, – засомневалась подруга.

– В том-то и дело, – согласилась Алёна.

– Сколько тебя знаю, столько ты меня удивляешь.

– Спасибо и на этом. Лучше бы я тебя не удивляла. Лерк, я пойду спать. Извини. Ужасно устала. Спокойной ночи. Спасибо за звонок.

– Спасибо за звонок, – передразнила ее подруга и повесила трубку.

* * *

Алёна долго не могла уснуть: ворочалась, перемалывала дневной эпизод на Арбате.

– (Да, – думала она, – что-то моя эйфория по поводу «начала» новой жизни не продлилась долго. Может, наступают новые времена, и это надо иметь в виду? А Вершинский – говнюк. Как он мог бросить женщину с ребенком в такой ситуации? Или это простое совпадение? Человек не подумал? Спешил? Дать ему еще шанс?) – негодовала и одновременно уговаривала себя Алёна.

* * *

Урбанова не жалела, что ушла из университета, но и особых восторгов по поводу «налаживания новых взаимоотношений» у нее уже не возникало. Ей хотелось просто творить на собственной площадке – и чтобы никаких проблем, и чтобы никто не мешал.

– (Хорошо там, где нас нет), – думала она, глядя в окно троллейбуса по дороге на работу.

Весна разбушевалась. Всё зеленело и цвело. Она чихала и кашляла. Аллергия.

– (На кафедре тетки жизни не давали. И почему они меня так не любили? – она вынула из сумки носовой платок и высморкалась. – А ты сама не понимаешь? Везде лезешь со своими инновациями, покоя от тебя нет. А им нужна размеренная заболоченная жизнь. В Центре мужское царство, но от этого не легче, – Алёна тяжело вздохнула, представляя себя жертвой ситуации, но тут же придержала грусть. – Не кокетничай, Урбанова. Конечно же, тебе с противоположным полом проще. Они тебя вожделеют, а ты входишь в роль Колобка и удираешь от преследования. И пока тебе это прекрасно удается. Ты умеешь маневрировать, так что нечего ныть, прорвешься).

Проектом «Наука и сотворение мира» она увлекалась уже давно, а начала случайно. Как-то Наталья Николаевна, ее мама, перебирала книжные шкафы и наткнулась на старую потрепанную Библию. Посмотрела, полистала, хотела почитать, но не донесла до своей комнаты: отвлек Афоня. Она оставила книгу на столике в прихожей.

Через несколько дней, проходя мимо, Алёна взяла в руки Библию и открыла на первой попавшейся странице: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их…. И увидел Бог всё, что Он создал, и вот, хорошо весьма».

Дочитав до конца страницу, ее неожиданно осенило:

– (Так вот, оказывается, в чем дело. Вот о чем мой проект. Вот какой моя образовательная среда должна быть… Бог создал человека по Своему подобию! Свое подобие… подобие Творцу! А это означает, что мы можем и должны обучать студентов точно так же, как это делал Бог, то есть через сотворение, а не запоминание и понимание! Студенты будут дизайнить наш мир в компьютерной среде и познавать его таким образом, а мы им в этом поможем. Сделаем и ресурсы для чтения, и исчерпывающую информацию для поэтапного открытия новых знаний, и виртуальные лаборатории, и многое другое), – пазлы сложились в голове, показав большую картинку ее замысла. Дело оставалось за малым: превратить идеи в реальность.

Работая в Центре, Урбанова узнала, что доставать деньги для развития своих идей можно не только у вышестоящего начальства, как было раньше в университете, но и напрямую из Министерства или из частных или государственных фондов. Теперь такое финансирование называлось новым словом – грант.

Шаг за шагом в жизни Алёны появлялись новые лица. Урбанова добывала деньги, находила программистов, вовлекала своих бывших коллег в новый проект. Времена перестройки изменили многое в науке и образовании. Ученым была нужна дополнительная работа, чтобы выжить. Многие бросали науку и уходили в «челноки», но Алёна держалась изо всех сил. Вернее, ее оставляли на плаву замыслы нового подхода к обучению и Нахимов, который любил и верил в завиральные идеи жены.

Глава 3. Лето, полное приключений

Алёна перелетела весну на одном дыхании. Солнце било из-за туч, в считанные минуты превращая их на глазах прохожих в легкие пышные облака, рассеивающие даже мимолетную мысль о дожде. Город постепенно растворялся в наступающем теплом лете.