Такой расклад устраивал полковника во всех отношениях. У него были все основания считать, что завтра генерал не вернется на свое привычное место, а будет арестован по подозрению в преступлении. И он даже улыбнулся. Отчасти эта улыбка снимала напряжение последнего получаса, и ее можно было назвать улыбкой облегчения.

Отъезжая на служебной машине от здания УВД, Егор Матвеевич набрал по радиотелефону номер своей приемной. На другом конце отозвался сухой, как и она сама, натужный голос секретарши.

— Ну? — коротко поинтересовался Карпов.

— Пистолета на месте нет, кабинет я закрыла, — доложила женщина.

— Спасибо, Алла Сергеевна, — улыбнулся генерал, повесил трубку и повернулся к сидящему рядом с ним на заднем сиденье Старкову. — Первые наши предположения подтвердились.

— Второй раунд в вашей квартире, — ответил его заместитель.

Глава пятнадцатая

Воронежев не пошел в школу и все утро безуспешно пытался дозвониться до Смугловых. В конце концов бросил бесполезную затею, собрался и отправился к бывшей однокласснице ножками.

Две крышки гроба на лестничной площадке вызвали у Павла недобрые предчувствия. Бегом преодолев очередной лестничный проем, он убедился, что предчувствие его не подвело. У открытой квартиры Смугловых толпились люди. Он преодолел плотные ряды в прихожей, коридоре и заглянул в зал. Сердце юноши замерло. Он ринулся в обратном направлении в надежде найти Лену.

— Паша, — дернула его за рукав пожилая соседка.

— Тетя Зоя? — узнал ее Воронежев. — Что тут случилось?

— А ты не знаешь? Убили бандиты Веру Сергеевну, убили родненькую. А какая внимательная, цветущая была женщина, — она смахнула уголком траурного платка слезинку. — И Поликарпа Сидоровича убили. Добрый такой старичок, никому плохого не делал. — И новые слезы выступили на нижних веках соболезнующей.

— Кто убил, какие бандиты? — вырвались невольные вопросы из сжатого горла подростка.

— А я почем знаю, милый, милиция разберется. Их тут столько понаехало, всех допрашивали, и меня тоже. Поймают негодников, — произнесла она без тени сомнений. Воспитанная в социалистические времена, она все еще верила в силу правоохранительных органов, которые теперь задыхались от роста преступности и далеко не всегда оказывались на высоте. Ее убеждения подпитывала и местная власть, так как, ввиду отсутствия родственников, деньги на похороны выделила администрация района. Правда, и жильцы всего дома скидывались, каждый вносил свою посильную лепту. Именно силами сочувствующих жильцов и организовались похороны. — А как девочку-то жалко, одна-одинешенька осталась, — уже запричитала женщина.

— А где Лена? — вспомнил Воронежев, к кому пришел.

— Похитили деточку бандиты, похитили. Но они за все ответят, бандиты окаянные, когда их найдут. А девочку освободят.

— Как похитили?

Кто-то подошел и положил парню тяжелую руку на плечо.

— Ты кем Смугловым приходишься?

— Я учился с Леной в одном классе.

— Пошли покурим. — Паша не курил, но понимал, что его приглашают совсем с другой целью. Незнакомый мужчина более четко обрисовал ситуацию, но почему это произошло и кто похитил девочку и убил ее ближайших родственников, тоже не знал. — Похороны завтра, вынос в два часа дня, — закончил он.

Воронежев шел по улице в распахнутой куртке, но холода не ощущал и не замечал, как по щекам катились слезы. Думать он тоже ни о чем не думал и знакомых не узнавал. Вид плачущего, с невидящим взором подростка обращал на себя внимание, но прохожие лишь на секунды задерживали на нем взгляд и спешили дальше по своим делам. В областном городе людей немало, но у каждого свои дела и проблем хватает.

— Паша, что с тобой, Паша? — трясла его за ворот куртки Вера Силантьева, с которой они чуть ли не лбами столкнулись.

— А-а-а, это ты?

На какое-то мгновение взгляд Паши принял осмысленное выражение, но тут же его утратил. Так и не добившись ответа, девушка застегнула молнию на его куртке и взяла под руку. Он и не заметил, как очутился в ее уютной однокомнатной квартирке.

— Водки выпьешь? — Воронежев почувствовал, что в руки ему суют стакан.

— Ты еще здесь?

— Пей, — прозвучало вместо ответа в приказном тоне. Паша выпил сорокаградусную жидкость, как воду и даже не поморщился. Но водка есть водка и она повлияла на ослабленный переживаниями организм паренька. Теперь парень был в состоянии нормально общаться.

— Зачем ты меня привела к себе?

— Я встретила тебя плачущим на улице, — не то пояснила, не то оправдалась собеседница.

— Смугловых убили.

— Всех? — Вера почувствовала, как ее бросило в жар.

— Веру Сергеевну и Поликарпа Сидоровича, а Лену похитили.

Теперь девушка поспешила налить себе полстакана водки и выпила залпом, правда поморщилась, но тоже не потянулась к закуске. У Силантьевой были все основания предполагать, что трагедия произошла по ее вине. Только теперь она поняла, какую кашу заварила и как далеко все зашло. Ей захотелось остаться наедине с собой.

— Я провожу тебя домой.

— Не беспокойся, сам дойду, — поднялся Воронежев, и его сильно качнуло.

— Может, все-таки…

— Сам, — ответил тот категорическим отказом.