Читаем Не уходи полностью

Вокруг Грега свистели пули, плотный огонь из стрелкового оружия прижимал к земле подполковника и его солдат. Они еще успели бы отползти назад и укрыться за постройками, оставив при этом врагу значительную часть захваченной территории. Начав же штурм фермы, американцы рисковали сорвать всю операцию. Дирингу предстояло решить, какой из этих вариантов предпочтительнее.

Грег крикнул своему заместителю, прижавшемуся к земле по другую сторону узкой проселочной дороги:

— Майор, обеспечьте дымовую завесу! Под ее прикрытием мы пойдем на штурм.

Подполковнику даже не приходило в голову, что Лизетт может отказать ему. Он не знал слова «поражение». Добродушный с виду, Грег был весьма уверен в себе, что подкреплялось богатством и положением в обществе. Его мать по рождению принадлежала к высшему свету. Отец достиг всего сам. Грег унаследовал многое от родителей. От матери — авантюризм и острую интуицию, когда-то побудившие ее сбежать с мускулистым телохранителем незадолго до того дня, когда она должна была выйти замуж за человека своего круга. От отца Грег унаследовал честолюбие и упорство, благодаря которым тот стал президентом одной из самых могущественных компаний. Грег с малых лет понял, что интуиция — Божий дар и к ней непременно надо прислушиваться. Вот и сейчас интуиция подсказывала ему, что он возьмет штурмом ферму и женится на Лизетт де Вальми.

* * *

По мере того как жаркий, душный июль подходил к концу, Лизетт охватывала все большая тревога. Она пыталась заглушить ее тяжелой физической работой, но это не помогало. Когда тревога становилась невыносимой, девушка отправлялась к морю и смотрела на волны. Прежняя Лизетт в красном берете и потрепанном пальто, по приказу Поля разъезжавшая на велосипеде по дорогам Нормандии, навсегда исчезла. Но в теперешней жизни не было места и для новой Лизетт… той, которая любила так страстно, той, что стала женщиной при свете лампы в маленькой комнате в башне.

Засунув руки поглубже в карманы юбки, Лизетт отвернулась от серых рокочущих волн. Впервые в жизни они не успокоили ее, а только усугубили беспокойство и смятение.

Вернувшись к замку, Лизетт увидела Грега, который небрежно прислонился к воротам в конце подъездной дорожки. Его курчавые каштановые волосы были растрепаны, на загорелом лице сияла белозубая улыбка.

Девушка замерла, не веря своим глазам, но, осознав, что он жив, радостно бросилась к нему:

— Подполковник Диринг! Какой приятный сюрприз!

Улыбка Грега стала еще шире. Он распахнул объятия, и, к его радости, Лизетт без колебаний прильнула к нему.

Смущенная, она подумала, что ее порыв вовсе не означает чувственного влечения. Однако, оказавшись в объятиях Грега, Лизетт тут же поняла, что заблуждается. Осознав свою ошибку, она уперлась ладонями в грудь Грега, покраснела и попыталась отстраниться от него.

Диринг внимательно посмотрел на нее. В его теплых карих глазах сверкали золотистые искорки, а взгляд выражал не только дружеские чувства.

— Я скучал без тебя, — без обиняков заявил Грег. — И хочу жениться на тебе.

Лизетт не назвала его безумцем. Уже ничто в этом мире не удивляло ее. Жизнь перечеркнула все старые правила, а война изменила нормы поведения. Поэтому даже самые примитивные чувства казались теперь естественными.

— Но я ничего о вас не знаю. — Лизетт тут же поняла, что это неправда. Ей было известно, что подполковник пользуется уважением у своих солдат. Знала, что он добрый, нравится ей и дает ощущение безопасности.

Грег ослепительно улыбнулся:

— Это легко поправить. Я из Калифорнии. Мне двадцать семь лет. Материально вполне обеспечен. Психически здоров. Никогда не был женат. Достаточно для начала?

Лизетт рассмеялась. Впервые после смерти Дитера она ожила, испытала человеческое тепло и любовь. Однако, высвободившись из объятий Грега, девушка сказала:

— И вы обо мне ничего не знаете.

Услышав ее печальный голос, Грег нахмурился. Лизетт направилась к заброшенному розовому саду, и он последовал за ней.

— Я был бы полным идиотом, если бы не вернулся к тебе. Я знаю все, что мне нужно. Уверен, что не ошибаюсь и мне не придется пожалеть о своем решении.

Лизетт остановилась и посмотрела на Грега. Аромат роз, уцелевших после пожара, плыл в жарком июльском воздухе. Внезапно ее охватило жгучее желание снова обнять Грега, избавиться от тревоги в его крепких объятиях.

— Тот, кого я любила и за кого собиралась замуж, умер всего несколько недель назад, — тихо промолвила она.

— Знаю. — Грег взял Лизетт за руки. — Люк говорил мне об этом.

Лизетт замерла. Ей и в голову не приходило, что Люк Брендон говорил с Грегом о Дитере.

— Я и не ожидаю, что ты забудешь прошлое, словно его вообще не было. Но нельзя жить прошлым, Лизетт. Оно ушло и никогда не вернется.

— Но я не знаю, как мне перестать любить его! — воскликнула Лизетт, не в силах больше сдерживать свое горе. — Не знаю, как полюбить кого-то другого!

Улыбка тронула уголки рта Грега.

— Позволь мне научить тебя. — Он притянул Лизетт к себе.