Читаем Не та дверь полностью

Отец замешкался, пытаясь понять, как лучше ответить, чтобы четырехлетний малыш понял его. Все-таки до минувшего дня он думал, что дети впервые столкнутся со смертью гораздо позже, лет так через десять, а то и пятнадцать. Ведь мама была еще совсем не старой, да и на здоровье почти не жаловалась.

– «Умерла» – это когда человека больше нет. Совсем-совсем, нигде.

Он помолчал немного, борясь сам с собой, и все же решился. В конце концов, маме это было бы приятно.

– Но, знаешь, бабушка думала, что когда умрет, то будет жить на небе и оттуда за нами смотреть. А может, и помогать чем-то. Вот нам грустно, а она оттуда как будто улыбнется, и всем станет лучше. – Вроде бы надо было еще что-то сказать, но Вася понятия не имел, что именно.

– Она мне больше не будет рассказывать сказки про Боженьку? Да? – Не дождавшись ответа, Женька заплакал.

Вася баюкал сына и отчаянно завидовал малышу, который мог так свободно и естественно изливать свои горе и боль слезами, как только они подступали к глазам.

Алла оказалась права. Звонки и в самом деле начались, когда они еще только умывались. К этой минуте Вася уже успел решить для себя, что не будет тянуть с выбором. Вряд ли он смог бы серьезно выгадать, если выслушал бы всех тех, кто желал небескорыстно помочь ему. Да даже если бы и мог – не было у него сил на то, чтобы раз за разом превращать свое личное горе в предмет торга, обсуждать похороны мамы с чужими людьми, которые просто хотели на этом заработать. Поэтому Вася позволил первому же человеку, позвонившему им, спокойно изложить все, что тот хотел сказать, заранее согласившись с тем, что примет его условия.

Мужчина, назвавшийся Анатолием, бодро выразил ему свои соболезнования и тут же перешел к делу. Оказалось, что он владел ситуацией до мелочей.

– У вас все сложнее, – услышал Вася. – Смерть насильственная, тело сейчас в судебно-медицинском морге. Нужно получать разрешение у прокуратуры. Она доследственную проверку проводила. А сегодня, сами понимаете, воскресенье, завтра – праздник. Мама ваша верующая была? Тогда она, конечно, хотела бы, чтобы похороны состоялись в срок. Вы, разумеется, можете попытаться сами все оформить…

Несмотря на апатию, владевшую им, Вася усмехнулся. Вот и довелось познакомиться. Раньше он только от других слышал да в Интернете читал, каковы они, такие вот помощники. Что ж, люди не врали. Эти спецы знали, на чем надо делать деньги. Верный доход. С другой стороны, ему и таким же людям, как он, потерявшим близких, было не до беготни по кабинетам. Туда сходи, там подожди, здесь попроси…

– Сколько это будет стоить?

Анатолий назвал цену. Вася понятия не имел, дорого ли запросил решальщик – это слово всплыло из подсознания и тут же намертво прилипло к данному типу, – но торговаться не стал. Тот пообещал приехать буквально через полчаса, забрать документы, все сделать в лучшем виде и поспешил распрощаться.

«Другим торопится звонить», – подумалось Васе.

Он положил телефон в карман шорт и пошел на кухню завтракать.

Решальщик приехал даже раньше, когда они еще пили чай на кухне. Анатолий – полноватый мужчина средних лет с крупными залысинами по бокам – взял бумаги, еще раз заявил о соболезнованиях, заверил, что все будет сделано в срок, и поспешил откланяться.

Вася закрыл за ним входную дверь, вытер правую ладонь о шорты и остановился. Он обнаружил, что не знает, чем ему заняться дальше. От бюрократической волокиты их с Аллой избавили, мамину комнату они прибрали еще ночью, как только ушел следователь. Что теперь?

Есть еще что-то очень важное. Нужно начинать делать это уже сейчас. Но Васе никак не удавалось уловить мысль, плавающую на самой границе с подсознанием. Возможно, потому, что не очень-то и хотелось.

Он дошел до спальни и лег на кровать. Вид белого потолка над головой успокаивал, обволакивал душу пеленой впечатления, что все хорошо, кругом полный порядок. Если полежать еще немного, то и вовсе никаких забот не останется, даже самых мелких.

Вася лениво подумал, что теперь его некому укорять в праздности, как это водилось за мамой, которая с утра до вечера хлопотала по дому, почти не давала себе отдыха. И вот она умерла.

Остался ее родной брат Иван. Этот майор МВД на пенсии без тени стеснения делился своим мнением по любому вопросу, особенно когда считал, что надо поучить молодежь жизни. Так он думал почти всегда, но все же был не в счет, так как не жил с ними. Дядя Иван регулярно приезжал в гости к сестре.

Будет ли он появляться столь же часто после ее смерти? Вася в этом крепко сомневался, несмотря на то, что внучатых племянников дядя искренне любил. В общем, теперь можно было спокойно, без этого вечного чувства вины, прилечь на диван после работы.

Ему вспомнилось, как менялась Алла, когда в доме были мама и ее брат. Она словно становилась меньше. Вася, как мог, утешал и подбадривал жену, но она все равно успокаивалась и оживала только после отъезда дорогого гостя.