Читаем Не смотри полностью

Можешь себе представить, что это делает с человеком? Быть игнорируемым — это самое худшее. Кого волнует, если над тобой насмехаются за то, что ты носишь не ту одежду или, тебя толкнули в шкафчик? Обиду или несколько синяков можно залечить. Нет, игнорирование стирает тебя как личность.

Ты — ничто.

От этого не исцелишься.

А есть счастливчики.

Те, которые сияют и сверкают, и крадут все внимание. Они засасывают его, как черная дыра. Но ценят ли они, что имеют? Конечно, нет. Высокомерные ослы.

Они стонут, охают и притворяются, что жизнь так трудна. И что еще хуже, они требуют постоянного внимания к себе. Как будто мы все здесь созданы для того, чтобы удовлетворять их потребности. Назойливые дети, закатывающие истерики.

Но иногда опасно получать то, что хочешь.

Достаточно только спросить Нэша Кордона.

Нет, подожди. Ты не можешь. Он мертв.

И знаешь, что? Оказывается, он не так уж и хотел быть в центре внимания, как притворялся. Не тогда, когда это подразумевало мое личное участие.

К тому же, я обнаружил кое-что интересное. Смерть еще слаще в темноте. Ты не видишь, что очень жаль, но есть другие чувства. Ты можешь слышать хруст ломающихся костей. И почувствовать, как мягкая плоть поддается под острым лезвием. И ощутить медный привкус крови, стекающей по пыльному цементному полу.

И крики.

Нет ничего более приятного в сексуальном плане. Я трогаю себя в интимных местах, когда эти крики отдаются эхом в глубине моей души.

У Нэша Кордона впереди еще одно мгновение в лучах славы, а затем он исчезнет в безвестности.

Алая кровь окрашивает чистый белый снег. Жизнь перетекает из теплой в застывшую. Не смотри. Боль ушла.

***

Когда Линн заканчивала одеваться, на улице стояла кромешная тьма. Собрав волосы в высокий хвост, она вышла из спальни и направилась на кухню. Ничего удивительного в том, что Кир уже находился там вместе со слюнявым Кингом, который смотрел, как он намазывает маслом стопку английских булочек. Она почувствовала запах кофе, когда еще принимала душ.

Ее сердце радостно забилось, когда Кир повернулся и улыбнулся. Он уже успел одеться во фланелевую рубашку и джинсы, но его челюсть затеняла утренняя щетина, а волосы были взъерошены. Она никогда не видела, чтобы кто-то выглядел настолько великолепно.

— Знаешь, тебе не обязательно вставать в такой ранний час, — сказала она, слегка охрипшим голосом.

Он пожал плечами, протягивая ей кружку.

— Я всегда просыпаюсь рано. Кроме того, я обнаружил в себе зависимость от удовольствия выпить кофе с прекрасным ветеринаром до восхода солнца.

Она покраснела. Комплименты всегда заставляли ее чувствовать себя неловко.

— Я не красивая.

Он положил булочку на тарелку и поставил ее на стойку рядом с ней.

— Позволь мне решать самому.

— Правда? — Линн откусила булочку и отпила горячий кофе. У нее никогда не хватало времени на завтрак. Она наскоро принимала душ, одевалась и отправлялась в клинику. Теперь она поняла, что в этом времени суток есть что-то особенное. Обещание нового начала с мужчиной, который наполнил ее кухню и сердце теплом, что она никак не ожидала.

— Да, правда.

Она не отрывала от него взгляда, пока доедала булочку. Затем отставила тарелку.

— Ты можешь быть боссом в Бостоне, но это Пайк.

Он изогнул бровь.

— Так кто же босс в Пайке?

— Может быть, мы можем стать партнерами.

— Партнерами. — Его глаза потемнели от эмоций, которые заставили сердце Линн сделать еще одно сальто-мортале. — Мне нравится, как это звучит.