Читаем Не смотри полностью

Думал, она будет гордиться мной. Я создал свой собственный курган. Глупо, конечно. Никто никогда не гордился мной. Она увидела мертвую кошку и решила, что я поклоняюсь дьяволу. Она в ужасе уставилась на меня и закричала.

О, боже. Эти крики.

Именно такой я ее и запомнил. Ее крики эхом разносились по нашему дому днем и ночью. Они представляли собой симфонию гнева, боли и самозабвенных мучений.

Когда они наконец смолкли, я решил, что обрету покой. Хоть одну ночь без этих непрекращающихся криков. Но покоя не наступило.

Вместо этого глубоко внутри меня образовалась ноющая пустота. Я не понимал, что мне нужно, чтобы ее заполнить.

До прошлой ночи, когда снова услышал эти крики. Они вибрировали во мне, когда я нашел свое освобождение.

Успехов тебе, дорогой Рудольф.

А сегодня утром…

Алая кровь окрашивает чистый белый снег. Жизнь перетекает из теплой в застывшую. Не смотри. Боль ушла.

***

Линн проснулась рано утром в понедельник и приготовилась к работе.

Она спала на удивление хорошо, учитывая, что в ее родном городе на свободе бродит сумасшедший убийца, который оставляет жуткие фотографии на ее сарае. А по другую сторону стены спал мужчина, которого она не видела много лет. И еще ее кровать занимала собака весом в сто двадцать фунтов, которая храпела, как дальнобойщик.

Возможно, это потому, что Линн не одна в своем доме. У нее хватало смелости, но она не была идиоткой. Безопасность в численном перевесе. Особенно, когда в него входила огромная собака. А может, дело в расслабляющем вечере, который она провела, смотря телевизор и потягивая вино с Киром.

Они поделились тем, что узнали, по обоюдному согласию. Кир рассказал ей о Челси, загнавшей Нэша в угол в церкви, а также о его разговоре с мисс Локхарт. Она сообщила ему, что шериф побывала в приюте, и что несколько месяцев назад там произошел взлом. После этого они намеренно избегали любых тем, которые могли бы напомнить им, что в городе есть убийца.

Линн уютно устроилась на диване в компании Кира, чувствуя себя так… комфортно. Как будто она провела с ним годы, а не несколько дней.

Как это произошло?

Однажды, когда ее отец пытался объяснить, почему ее мать ушла, он сказал, что жизнь не всегда предсказуема. Иногда ты идешь по дороге, оглядываясь назад, чтобы увидеть каждый шаг, который привел тебя к конечной точке. В других случаях, оглянувшись, вы не могли понять, как же вы так заблудились. Словно волна снесла вас с ног и занесла туда, где вы никогда не собирались быть.

Это могло быть хорошо или плохо, но это неизбежно. Он называл это подарком судьбы, а Линн — проклятием.

Трудно сказать, кем окажется Кир.

Приняв душ и одевшись для рабочего дня к пяти сорока пяти, Линн прошла на кухню, где ее уже ждал Кир с горячим кофе и свежими тостами. Он натянул поношенные джинсы и старую толстовку, а его волосы спутались после сна. В ее животе забурлило тепло. Как он мог выглядеть так сексуально в столь ранний час?

«Пока что это скорее дар, чем проклятие», — прошептал голос в глубине ее сознания.

Она взяла кружку кофе, которую он протянул ей, и прислонилась к стойке, чтобы откусить тост.

— Как спалось? — спросил Кир, скользя взглядом по ее кремовому свитеру крупной вязки и повседневным брюкам, словно лаская.

Она поборола девичье желание покраснеть, проглотив последний тост и сделав глоток кофе.

— Кинг храпит.

Он усмехнулся, придвинувшись так, что она почувствовала тепло его тела.

— А я нет.

Она откинула голову назад, встретив его дразнящую улыбку.

— И ты говоришь мне это, потому что…?

— На будущее.

— Приятно слышать.

Он шагнул еще ближе, коснувшись рукой ее бедра.

— Я, однако, краду одеяла.

Ее пронзили мурашки удовольствия.

— Это меня не удивляет.

— Не удивляет?

— Ты похож на парня, который знает, чего хочет, и добивается этого.

Он провел рукой вдоль ее бедра к изгибу спины.

— Я решительный.

— Упрямый, — поправила она.

— Я еще и реалист.

Она инстинктивно выгнулась вперед, позволяя себе прижаться к его твердому телу.

— Что это значит?

Мучительное сожаление омрачило его глаза.

— Мне потребовались годы, но я наконец-то понял, что не могу изменить других. Как бы сильно я этого ни хотел. — Он сделал паузу. — Ты должна решить, стоит ли рисковать.