Читаем Не сдавайся полностью

«Поняла. И чтобы ты знал, я иду только потому, что знаю, как ты выложился ради первого свидания».

И Гаррет Меррик вышел из участка, смеясь.

* * *

Шер

Я прошла по коридору в свою гостиную.

Сын сидел на диване и смотрел телевизор, но оторвался и посмотрел на меня.

— Ого, — сказал он. — Ты собралась очень рано.

И он был прав.

Это объяснялось тем, что я позвонила маме и попросила ее прийти пораньше, потому что нам нужно было поболтать. А еще я позвонила Феб и Вай, чтобы сказать им, что мне нужно платье для свидания с Мерри в «Суонке». Поскольку я не могла тратить

двести долларов на платье, когда бывший угрожал адвокатами, то мне приходилось одолжить его. Именно поэтому я отправлюсь в бар пораньше, чтобы выбрать платье в офисе.

А еще мне нужно было поговорить с моим мальчиком.

— Выключи звук, малыш, ладно? — попросила я.

Он посмотрел на меня, потом поднял пульт со своего бедра и выключил звук.

Я подогнула под себя ногу, опускаясь на диван, и повернулась к нему.

— В чем дело, мам? — спросил он.

— Сегодня ко мне наведался Мерри.

Я готовилась к разговору. Я не знала, как начать, но решила, что если поделиться этой информацией и подождать, как он отреагирует, то следом придет понимание, куда двигаться дальше.

Сын отреагировал так, как я и предполагала, с одним дополнением, которого я не ожидала.

Его первой реакцией было такое сильное возбуждение, что удивительно, как он не сорвался с дивана, подгоняемый его силой.

Проклятье.

До него, наконец, дошло, о чем я говорю и что послужило причиной визита Мерри, после чего на его лице мелькнула паника, смешанная с чувством вины.

— Да, малыш, я знаю, что ты отправил мое сообщение вместе со своим дополнением, — тихо сказала я.

— Мам… — прошептал он.

— Это нехорошо, — перебила я его шепотом.

Лицо сына побледнело, щеки же покраснели, и когда его глаза заблестели, я поняла, что он близок к тому, чтобы заплакать.

Я никогда не хотела быть причиной слез своего ребенка, поэтому перевела разговор в другое русло.

— Во-первых, чтобы ты знал, в ответ на твое приглашение, Мерри и, правда, пришел. Мы поговорили. Поскольку ты читал нашу переписку, у тебя, наверное, сложилось впечатление, что между ним и мной что-то было. Это верно, и неверно одновременно. Я не думала, что кто-то из нас готов к такому. Сегодня Мерри убедил меня в обратном.

Цвет вернулся на его лицо, а в глазах засветилось волнение, но я должна была продолжать.

— Завтра мы идем на свидание. А ты останешься на ночь с Мими и Элом.

— Круто, — мягко сказал Итан, явно не зная, как к этому отнестись, потому что мой тон был сухим и информативным, и ничего больше.

— И еще, я рада, что у нас с Мерри появился шанс поговорить, потому что он мне нравится. Мне нравится, что он симпатичен тебе. Он хороший парень, и если все пойдет как надо, он нам подойдет. Я немного боюсь, но я попробую.

— Я рад, мам.

— Что мне не нравится, — продолжала я, как будто он и не говорил, — так это то, что мой сын вторгается в мою личную жизнь.

Он слегка наклонился ко мне и начал:

— Мама…

— Нет, сынок, послушай. Немного помолчи, — сказала я мягко, но тон использовала особый материнский. Использовала я его нечасто, поскольку не было необходимости. И не могла вспомнить, чтобы применяла его за последний год. А может и за два.

И сын начал понимать.

— Из нашего разговора ты должен вынести, что твой поступок мог привести к хорошим последствиям, а могло быть и наоборот. Это могло поставить твою маму в неловкую ситуацию с человеком, который очень много для нее значит. Ты понятия не имел, что происходит. Мы с Мерри друзья, и отчасти я боюсь начинать с ним что-то, потому что эта дружба много значит для меня. Если ее разрушить, будет больно. Ты мог своим поступком испортить все с самого начала, не понимая, что происходит.

— Но вы с Мерри…

Я кивнула.

— Мы все обсудили. Все хорошо, и тебе тоже важно это знать, чтобы не корить себя. Но тебе почти одиннадцать. Через несколько лет в твоей жизни появятся вещи, которые ты захочешь сохранить в тайне. Я думаю, тогда ты оглянешься назад и подумаешь о том, что я была на твоем месте, и поймешь, что поступил неправильно. А сейчас я оставлю тебя в покое, потому что доверяю тебе и верю, что ты поступишь правильно. Но ничто не отменит того факта, что ты вторгся в мою личную жизнь. Тебе будет больно, малыш, когда ты вспомнишь об этом. Но не позволяй этой боли сильно разрастаться, а извлеки урок.

Итан прикусил губу, глаза расширились и снова заблестели, и я забеспокоилась, что он сорвется, поэтому мне пришлось продолжить, чтобы этого не произошло.