Читаем Не сдавайся полностью

Было очень тяжело, но я не стала тереться об него. Мне хотелось чувствовать его, ощущать его запах, знать, что он рядом по той самой причине. Хотелось верить в то, что он дарит сейчас, может стать моим навечно.

Он ясно дал понять, что хочет, чтобы я завладела его даром.

Я просто сомневалась в его способности дать мне желаемое.

Не так, как мне было нужно.

Не так, как нужно для нас с Итаном.

Я услышала, как его голова шевельнулась на подушке, а затем почувствовала, как от его слов зашевелились волосы на макушке.

— Мне нравится твоя комната.

Это удивило меня.

Ради своего душевного спокойствия, я никогда не позволяла себе задумываться об обстановке, которая окружала Гаррета Меррика дома. Но в тот момент я представила себе много дерева, несколько морских пейзажей, оружейную стойку и очень большой телевизор.

— Я не верю в призраков, но все улики указывают на то, что дух Дженис Джоплин облевал всю твою квартиру.

У меня оставалось не так много пространства для маневра, но я была собой, поэтому мне удалось ударить его прямо в тугой живот.

Он издал тихий хрюкающий звук, а затем я услышал хихиканье.

Я сдвинулась, чтобы упереться ладонями в его твердое жаркое тело, но не для того, чтобы оттолкнуть, а чтобы впитать ощущения от него.

Жизнь не многое даровала мне, поэтому я знала, когда она предлагает благо, его необходимо брать. И раз сейчас она предложила мне благо, я его взяла. И пусть завтра я столкнусь с последствиями.

А сейчас…

Сейчас я приму все ради себя.

Мне показалось, что Мерри понял, что я не отталкиваю его, потому что притянул меня ближе и перенес вес на меня.

Я почувствовала, как его рука запуталась в моих волосах, и крепко зажмурила глаза, принимая и это благо, каким бы рискованным оно ни было.

— Ты знаешь, что я дразню, — прошептал он. — Здесь круто, уютно и отражена вся ты.

Боже, он должен был остановиться. Если он не замолчит, я начну верить, а я уже дважды верила, и, кроме того, что получила Итана, ни к чему хорошему это не привело.

— Мне показалось, ты говорил об усталости, — заметила я.

— Да, — пробормотал он.

— Так что заткнись и спи, — приказала я.

— Шер?

— Называя мое имя, ты не спишь, Мерри.

— Заткнись и послушай, и тогда мы оба сможем немного поспать.

Я замолчала.

— Что бы ни случилось, как бы ни складывалась наша с тобой жизнь, как бы я ни выводил тебя из себя, что бы ни происходило, милая, обещай мне, что никогда больше не будешь препятствовать тому, чтобы я мог добраться до тебя.

Мои глаза распахнулись.

Мерри продолжил:

— Не думаю, что мне нужно убеждать тебя в том, что ты что-то значишь для меня. Я хочу, чтобы ты знала: независимо от будущего, это никогда не изменится. Если мне нужно убедиться, что с тобой или с Итаном все хорошо, я должен суметь в этом убедиться. Учитывая мир, в котором мы живем, не усложняй мне задачу получения этой информации, детка.

— Я разблокировала тебя примерно через две секунды после того, как ты нас покинул, Мерри, — прошептала я.

— Хорошо. Это хорошо. Но теперь я прошу тебя, не блокируй меня снова.

— Я больше не буду тебя блокировать, милый.

Рука, которой он обхватил меня, сжалась.

Черт, я должна была сказать правду.

Черт, черт, черт, у меня не было выбора.

— Я была в бешенстве, и у меня была причина, — пробормотала я, надеясь, что он меня не слышит. — Но ты был прав. Вызвать Таннера и даже то, как он все обернул, как раз это и нужно было.

Я не успела зажмуриться.

Он поцеловал меня в макушку. Больше не сказав ни слова.

Он не стал, говорить, что был прав. Не начал настаивать на своем, чтобы получить преимущество и добиться большего.

Он просто поцеловал меня в макушку и оставил все как есть.

Боже, он хорошо выглядел, отлично трахался, ему нравился мой ребенок, моя мама, и я. Он был заботливым, умным, хорошо одевался, ездил на шикарной машине, имел хорошую семью, замечательных друзей, солидную работу, был веселым, считал меня забавной, умел устанавливать столешницы и шпаклевать стены, и он не втирал, что прав, а я… нет.

Был ли он идеален?

А я сумасшедшей?

— Ты не засыпаешь, — заметил он.

— Это потому, что я схожу с ума, — откровенно призналась я.

— Завтра, — заявил он.

— Уже завтра, Гаррет.

Я буквально услышала улыбку в его голосе, когда он сказал:

— Хорошо, тогда позже сегодня.

— Ты не можешь просто так взять и перестать волноваться, Мерри.

— Ладно, тогда заткнись, расслабься и ложись спать, а то, учитывая, что твой мальчик, вероятно, был на взводе от того, что произошло сегодня ночью, и не спит спокойно, мне придется тащить твою задницу в свой грузовик, чтобы трахать тебя до изнеможения. А это мне не подходит, потому что он успел остыть, а заведенный грузовик на такой улице, как ваша, — это диковинка. Мне не нужно, чтобы твои соседи решили проверить и увидели, чем мы там с тобой занимаемся. Все это может потом аукнуться Итану.

— Я вдруг обнаружила, что очень устала, — объявила я, хотя это была ложь. Я вдруг поняла, что мне наплевать на то, что работающий грузовик в моем доме — это диковинка.

Мерри рассмеялся.

И его смех, просто смех в моей постели в темноте, так близко, мог быть самым прекрасным звуком в мире.